Книга Измена дракона. Ненужная жена требует развода, страница 141 – Юлий Люцифер

— Формулировка была сложнее, — возразил Севар. — “Новая сила не отменяет старого права”. Что это за новая сила? Откуда она? Не должна ли такая сила быть проверена прежде, чем ей доверят Сердце?

Нина подняла запястье.

— Эту новую силу создали вы.

В зале стало тише.

Севар чуть прищурился.

— Прошу пояснить.

— Долго подавляйте голос женщины. Поите ее пеплом сна и безвольником. Перехватывайте письма. Подделывайте договор. Подталкивайте мужа к измене. Бейте по брачной метке ритуалом. Попытайтесь стереть ее волю. А когда женщина после этого встает и говорит громче прежнего, называйте это новой силой. Очень удобно.

Лорд Брант глухо хмыкнул.

Леди Сольмар склонила голову, но не отвела взгляда.

Севар сохранил спокойствие.

— Вы снова переходите к обвинениям, которые еще предстоит доказать.

— Тогда докажем.

Нина повернулась к Аврелии.

— Я прошу вызвать первого свидетеля не из лордов.

Севар насторожился.

— Кого?

Нина посмотрела на Таю.

Девушка побледнела, но вышла вперед сразу, будто ждала.

— Служанку Таю, — сказала Нина. — Она видела то, что лорды предпочитали не замечать.

Севар поднял руку.

— Протест. Прислуга не может свидетельствовать о брачной клятве.

Аврелия ответила:

— Может свидетельствовать о фактах, влияющих на клятву: лекарства, письма, доступ в покои, состояние истца, действия леди Лиоры. Протест отклонен.

Тая встала в малый круг свидетеля.

Ей было девятнадцать. Она была младше почти всех в этом зале, ниже родом, слабее положением. Но когда Аврелия положила перед ней серебряную чашу с королевским пеплом, Тая выпрямилась.

— Назовите имя и службу.

— Тая, дочь Лиры из Среднего двора. Служанка леди Эвелины Роувен-Эштар.

— Вы готовы говорить правду?

— Да.

Пепел в чаше не вспыхнул — клятва еще не требовала проверки. Но Сердце под полом ударило мягче, словно тоже наклонилось слушать.

Аврелия спросила:

— Что вы видели в последние месяцы до ночи годовщины?

Тая говорила сначала тихо.

О настойках. О том, как Эвелина выливала часть в камин. О том, как после визитов Лиоры спала почти сутки. О письмах, которые забирала Мелла. О просьбе провести к Нэрису. О запрете старшей горничной. О шкатулке с лентами. О ночи измены, когда прежняя Эвелина шла по коридору, а Тая пыталась остановить ее не потому, что госпожа была безумна, а потому что боялась, что правда убьет ее.

Севар слушал с легкой, почти печальной улыбкой.

— Тая, — спросил он, когда Аврелия разрешила вопросы, — вы любили свою госпожу?

— Да.

— Значит, хотите защитить ее?

— Да.

— И нынешняя леди Эвелина стала для вас ближе после того, как подняла вас над обычным местом служанки?

Тая замерла.

Нина сжала пальцы.

Севар бил не в факты, а в благодарность. Сделать Таю не свидетелем, а преданной девочкой, которая говорит то, что хочет услышать госпожа.

Тая опустила глаза.

На миг Нина испугалась, что она сломается.

Но девушка подняла голову.

— Милорд, мое обычное место было рядом с женщиной, которую убивали медленно. Если нынешняя госпожа подняла меня, то только настолько, чтобы я увидела, что могу сказать правду не в пол.

По залу прошел шепот.

Агна в ряду свидетелей буркнула:

— Правильно, мышь.

Тая услышала и едва заметно улыбнулась.

Севар не улыбался.

— Вы утверждаете, что леди Лиора приносила настойки?

— Я утверждаю, что она приходила в лекарское крыло, а после ее визитов госпоже становилось хуже.