Книга Измена дракона. Ненужная жена требует развода, страница 143 – Юлий Люцифер

Грэх сглотнул.

— Лорд Севар Вейр.

Серебряный пепел вспыхнул белым.

В зале поднялся шум.

Севар даже не дрогнул.

— Ложь, произнесенная из страха, иногда тоже обманывает пепел, если человек верит в нее.

Аврелия холодно сказала:

— Королевский пепел фиксирует осознанную правду свидетеля. Продолжайте.

— Кто приносил пепельную соль, безвольник и составы для настоек?

— Леди Лиора Вейр. Иногда ее служанка. Иногда человек лорда Севара.

Пепел — белый.

Лиора вскинулась.

— Он лжет!

Аврелия повернулась:

— Леди Лиора, вы сможете ответить в свой черед.

Грэх дрожал сильнее.

— Кто приказал усилить воздействие в ночь годовщины? — спросила Аврелия.

— Лорд Севар. Леди Лиора знала. Мне сказали, что леди Эвелина не должна дойти до покоев лорда Дамиана.

— Почему?

— Потому что ритуал требовал, чтобы измена и кровь главы рода прошли без живого возражения законной жены.

Тишина стала острой.

Нина почувствовала, как воздух в зале будто сжался.

Дамиан стоял неподвижно.

Лицо белое.

Он знал уже большую часть. Но слышать это в круге Суда, при Сердце и родах, было другим ударом.

Аврелия спросила:

— Что случилось, когда леди Эвелина все же дошла?

Грэх закрыл глаза.

— Метка ответила. Ритуал сорвался. Леди Лиора и я… мы ударили по метке через чашу. Должны были погасить голос. Не убить тело. Только голос.

Тая закрыла рот рукой.

Октавия пошатнулась, и Кайрен шагнул к ней, но она подняла руку: не надо.

Аврелия спросила:

— Кто сказал: “тело выдержит”?

Грэх едва слышно ответил:

— Лорд Севар.

Пепел вспыхнул.

Белым.

На этот раз Сердце ударило так, что золотые линии в полу вспыхнули.

Севар медленно поднялся.

— Я требую права немедленно задать вопросы свидетелю.

— Получите, — сказала Аврелия. — Но помните, лорд Вейр: Суд уже слышит.

Севар подошел к Грэху.

Не слишком близко. Достаточно, чтобы взглядом давить сильнее, чем рукой.

— Лекарь, вы были схвачены после бегства. Вам грозит казнь за покушение на брачную метку. Верно?

— Да.

— Вам обещали жизнь за показания против меня?

— Нет.

Пепел вспыхнул белым.

— Вам обещали смягчение наказания?

Грэх замялся.

— За полную правду — защиту до Суда.

Пепел вспыхнул тусклее, но белым.

Севар повернулся к Совету.

— Видите? Свидетель заинтересован.

Нина поднялась.

— Все свидетели заинтересованы, лорд Вейр. Кто-то хочет спасти жизнь. Кто-то дом. Кто-то дочь. Кто-то лицо. Вопрос не в интересе. Вопрос в том, подтверждаются ли слова другими доказательствами.

Она кивнула Нэрису.

На стол вынесли дневник Клариссы Эштар.

Октавия встала.

— Я передала этот дневник добровольно.

Аврелия открыла страницу и прочла запись о молодом Севаре Вейре, интересовавшемся пепельным способом усмирения брачных меток.

Северные лорды зашумели.

Севар побледнел впервые.

Не от страха.

От ярости.

— Записи покойной женщины, вырванные из семейного контекста, не доказывают преступления.

Октавия шагнула вперед.

— Сами по себе — нет. Но доказывают, что вы занимались этим не случайно и не по просьбе лекаря. Вы искали способ убрать женский голос из клятвы задолго до брака моего сына.

Севар повернулся к ней.

— Леди Октавия, не вам говорить о женском голосе.

Она выдержала.

— Именно мне. Я слишком долго помогала его не слышать.

Это признание было не красивым.

Оно было тяжелым.

И потому зал услышал.

Нина посмотрела на Октавию. Ненависть не ушла. Но в ней появилась новая, жесткая складка: если человек с такой гордостью способен сказать “я помогала молчанию”, значит, Севар теряет еще одну стену.