Книга Измена дракона. Ненужная жена требует развода, страница 48 – Юлий Люцифер

— Потому что мне было удобно верить, что все устроено правильно.

Нина молчала.

Он продолжил:

— Я не прошу прощения.

— Разумно.

— Не потому, что не виноват. Потому что сейчас это было бы попыткой облегчить себя, а не тебя.

Это было слишком точно.

Нина почувствовала раздражение. Ей не хотелось, чтобы он говорил правильно. С неправильным Дамианом было проще. Предатель, дракон, холодный муж. А этот — виноватый, умный, начинающий понимать цену слов — был опаснее.

— Что вы хотите? — спросила она.

— Чтобы ты взяла ключ. Не как примирение. Как право.

Нина посмотрела на темный металл.

Ключ хозяйки.

Еще вчера прежняя Эвелина умерла в покоях мужа, не имея права даже выгнать любовницу.

Сегодня ей приносили ключ.

Поздно.

Но не бесполезно.

Нина взяла его.

Металл оказался теплым.

Где-то глубоко под замком Сердце ударило один раз.

Тихо.

Почти довольно.

Дамиан услышал. Его лицо дрогнуло.

Нина сжала ключ в ладони.

— Это не меняет моего требования.

— Знаю.

— Через семь дней я все равно пойду на Суд Пламени.

— Да.

— И если получу право на развод, вы подпишете.

Он смотрел на нее долго.

Потом сказал:

— Если Суд даст тебе свободу, я не стану удерживать.

Слова были тихими.

Но в них что-то треснуло.

Не у нее.

У него.

Нина не стала жалеть.

— Хорошо.

Дамиан поклонился. Не глубоко, но иначе, чем утром. Не как слабой жене. Как человеку, чье решение имеет вес.

Он вышел, оставив дверь открытой.

Тая подбежала к столу и смотрела на ключ так, будто это была корона.

— Миледи…

Нина положила ключ рядом с письмами, заключениями и списками.

— Не радуйся раньше времени.

— Но это же…

— Да. Первый кусок власти.

Она посмотрела на черную метку, где тонкая золотая нить уже не исчезала.

— А теперь надо понять, сколько за него придется заплатить.

За окном дождь усилился.

На другом конце замка, в западном крыле, горел свет. Там Вейры наверняка уже строили новую ложь.

В хозяйском крыле Октавия, возможно, впервые за много лет сидела без ключа у пояса.

Внизу билось Огненное Сердце, признавшее жену, которую все считали ненужной.

А на столе перед Ниной лежали семь дней.

Семь дней до Суда Пламени.

Семь дней, чтобы доказать: ее брак был не просто унижен изменой. Его использовали как оружие.

И если этот дом привык приносить женщин в жертву красивым клятвам, то новая Эвелина собиралась начать с того, что прочитает каждую строку мелким шрифтом.

Ключ хозяйки Крайтхолла всю ночь лежал на столе рядом с поддельными письмами.

Нина почти не спала. Стоило закрыть глаза, как темный металл начинал будто светиться сквозь веки: черный дракон, золотое пламя, тяжелые зубцы, слишком большой вес для одной ладони. Вещь, которую прежней Эвелине должны были дать три года назад. Вещь, которую у нее забрали молча, не считая нужным даже объяснить.

Под утро Нина поняла: ключ не просто открывает двери.

Он показывает, какие двери от нее прятали.

И именно с них надо начинать.

Тая, войдя с горячей водой и завтраком, увидела, что госпожа уже сидит за столом в темном платье, с заплетенными волосами и списком перед собой.

— Вы опять не спали, — сказала она не вопросом, а почти упреком.

Нина подняла взгляд.

— Немного.

— Миледи.

— Хорошо. Почти не спала.

— Лекарь Мавина будет сердиться.

— Лекарь Мавина уже сердится на весь замок. Я не хочу нарушать ее привычный порядок.