Книга Измена дракона. Ненужная жена требует развода, страница 55 – Юлий Люцифер

Нина осторожно коснулась рукава.

Знаки вспыхнули.

Не все. Только часть.

И между узорами проявилась строка:

“Жена не может быть заменена другой женщиной при живой метке без ее голоса и Суда. Ребенок второй женщины не дает права на Сердце, если первая хранительница не отреклась свободно”.

Аврелия подошла ближе.

— Вот почему книгу Марианны украли.

Нина кивнула.

— Потому что ее случай похож на то, что Лиора хотела сделать со мной.

Тая прошептала:

— Но леди Лиора…

Она не договорила, но Нина поняла.

— Не беременна. Пока это не важно. Схема та же: объявить первую жену слабой, поддельными письмами сделать виновной, привести другую женщину как нужную дому.

Нэрис сказал:

— И если другая женщина получила доступ к крови главы рода через ритуал…

— Она могла заявить право.

Аврелия записала.

Нина смотрела на платье.

Внутри было странное чувство. Не желание надеть красивую вещь. Не торжество. Скорее холодное понимание: это не наряд. Это оружие, которое женщины до нее прятали друг для друга, потому что мужчины переписывали бумагу, но не умели читать швы.

Она спросила:

— Его можно вынести?

Нэрис помолчал.

— Можно. Но осторожно. И лучше под вашей рукой.

— Почему?

— Потому что платье открылось вам.

Аврелия сказала:

— Оно будет внесено в опись как вещественное доказательство.

— Нет, — поправила Нина. — Как свидетельство.

Дознаватель посмотрела на нее, потом кивнула.

— Как свидетельство.

Из прохода донесся шум.

Тая вскрикнула.

Аврелия выхватила короткий клинок так быстро, что Нина едва успела заметить движение. Королевский стражник шагнул к двери. Нэрис захлопнул сундук с книгами и встал перед ним, будто старый архивист мог защитить книги собственным телом.

Из темного хода вывалился Кайрен.

Живой. Злой. С разорванным рукавом.

За ним Ридан, с мечом в руке и пятном копоти на лице.

— Что случилось? — спросила Аврелия.

Ридан ответил:

— Ход был подожжен за нами. Не сильно. Чтобы отрезать, не убить.

Кайрен поднял руку. В пальцах он держал обгоревший кусок кожи.

— Зато мы нашли вот это у решетки прачечной галереи.

Нэрис взял кусок, расправил.

Это была обложка книги.

На ней выжженное имя:

Марианна.

Нина смотрела на обложку.

— Страницы?

Кайрен покачал головой.

— Исчезли. Или сгорели.

— Нет, — сказала Нина.

Все посмотрели на нее.

Она повернулась к платью.

— Если книга Марианны исчезла, ищи платье. Может, страницы не нужны. Может, она записала главное на ткани.

Нэрис осторожно поднял край платья и перевернул подол.

На внутренней стороне, почти у самой кромки, мелкими золотыми стежками были вышиты строки. Много строк. Настолько мелких, что читать их было трудно.

Нина наклонилась.

И прочла первое:

“Я, Марианна Эштар, не отрекалась”.

В комнате снова стало тихо.

Очень тихо.

Потом Тая прошептала:

— Значит, ее заставили?

Нина смотрела на вышитые слова.

— Значит, когда в списке написали, что она добровольно уступила место второй жене, это была ложь.

Нэрис медленно опустился на колено рядом с платьем, будто ноги не выдержали.

— Архивный список говорит, что Марианна подписала отречение.

— Не верь спискам, — напомнила Нина.

Аврелия сказала:

— Это меняет дело. Если прецедент замены первой хранительницы был подложным, Вейры не смогут использовать старую норму о “женской слабости” без проверки.