Книга Его грешная одержимость, страница 125 – Виктория Кузьмина

Мы с Миреем мгновенно подскочили на ноги и, как и писал Каин, изо всех сил уперлись спинами в тяжелый металлический шкафчик, задвигая его прямо к двери, намертво перекрывая вход в каморку. Для надежности мы дополнительно подперли его швабрами, уперев их в пол.

Началось.

Окурок с шипением летит в сторону и Каин с глухим, звериным рычанием зарывается пальцами в свои жесткие волосы, растрепывая их на затылке, отчаянно пытаясь усмирить бьющий в висках первобытный гнев. Но у него ничего не выходит. Ярость не утихает, она лишь концентрируется, становясь плотнее и тяжелее.

— Если ты будешь так дергаться, твои швы нахрен разойдутся, и ты банально истечешь кровью еще раньше, чем я успею тебя в третий раз заштопать! — нервно рычит Алан.

Врач трясущимися руками вытаскивает сигарету прямо из пачки Каина, который, тяжело дыша и не глядя на него, натягивает на широкие плечи свежую черную рубашку.

— Ого, Алан, ты что, куришь? Док, ты же мне буквально на днях заяснял о непоправимом вреде табака для потенции, — зло скалится бледный Саян, нечитаемо глядя на врача.

— Если мне кого-то из вас двоих, придурков, опять придется срочно зашивать на ходу, в трясущейся машине, я и о вреде для здоровья, и о потенции забуду. Ты вообще башкой тронулся, что под нож сегодня полез? Понимаешь, что тебе теперь неделю ходить нормально нельзя? — раздраженно проговорил врач. Он закрыл один уставший глаз, а вторым хмуро покосился на длинную рану на животе Саяна.

— Надеюсь, твои швы действительно крепкие, док. Потому что сидеть на месте я сейчас физически не могу, — Саян тяжело, сцепив зубы, встал с софы, слегка морщась от резкой вспышки боли.

— Ты бы хоть чужую кровь с рожи смыл, Деза. Всю прислугу в доме напугаешь, — тихо проговорил Алан, затягиваясь и болезненно морщась от слишком крепкого, обжигающего горло табака в сигаретах альфы.

— Скоро приедет Аргон. Он заберет Кая к себе на время, пока всё здесь окончательно не решится, — проигнорировав слова врача, Каин взял со стола телефон и в очередной раз проверил, не пришло ли что-то от его омеги.

Сейчас её физическое отсутствие ощущалось так, словно его живьем швырнули в жерло вулкана, и он горел там, в кипящей лаве, без единого шанса умереть и прекратить эти мучения. Его разрывало на части, выжигая всё человеческое. Хотя, если судить объективно, после того, что произошло сегодня на собрании кланов и сразу после него — человеческого в нем остались лишь жалкие, обгоревшие крошки. Они были меньше пыли.

— Каин... Ты же понимаешь, что они это так просто не оставят? — тихо говорит Саян, подходя чуть ближе. — Ты убил членов правительства. Высших чинов. Прямо в зале, при свидетелях.

Каин медленно оторвал тяжелый взгляд от черного экрана телефона и перевел его на друга. Он всё прекрасно понимал. Понимал, что с рук такое дерьмо не сойдет просто так ни в одной стране. Но сейчас была важна лишь его омега и её жизнь. И жизнь того крошечного существа, которое она носит под сердцем. Что бы ни произошло дальше, он точно справится. Ведь теперь ни один ублюдок, предавший его в этом городе, не посмеет встать у него на пути. Он убил их всех. До единого.

Всё случилось на экстренном собрании кланов. Один из мелких, завистливых кланов, принадлежащих сыну главы города, Лиону Шарме, решил отравить всех присутствующих альф и прикончить верхушку, чтобы забрать власть. Вот только у него ничего не получилось. Тогда в ход пошли нанятые его отцом, вооруженные до зубов наемники. И именно в момент этой кровавой мясорубки Каин узнал, что его будущую жену похитили в центре города.