Книга Его грешная одержимость, страница 78 – Виктория Кузьмина

— Н-не рад-д ст-тарому д-другу? — с явными запинками произнес Негроне, когда его с силой отшвырнули к тяжелому столу.

Каин проигнорировал его слова. Пошатнувшись и едва удержавшись на ногах, он отряхнул дорогую рубашку, брезгливо морщась. Этот жест смотрелся нелепо, словно он пытался сохранить достоинство там, где его уже растоптали в пыль.

— Ты н-не имеешь п-права меня задерживать.

Выпустив густое облако дыма прямиком в лицо Негроне, Каин даже не шелохнулся. По коже вспышками прошел ток напряжения, когда его глаза потемнели, превращаясь в две бездны.

— У тебя хватило смелости притащиться в этот город, зная, что я могу тебя убить? — голос Деза прозвучал тихим, смертельным приговором. Низко. Так, что вибрировало где-то в самих костях.

Лицо Дина не дрогнуло. Но это совершенно не удивляло, ведь лицевые нервы после всего, что с ним сделали, ему так и не смогли восстановить. Застывшая маска.

— Я приехал за своей сестрой, — холодно проговорил альфа, упорно не смотря Каину в глаза, потому что прекрасно понимал: один прямой зрительный контакт и его инстинкты сорвутся в панику.

— Пять лет она была тебе не нужна, а тут ты за ней аж на личном самолете явился, — хищно оскалился Каин, прожигая Дина взглядом, цепляясь за каждую мелочь, за каждое дерганое микродвижение его тела. — Неужели родная кровь взыграла?

— Я не обязан от-отчитываться перед тоб… — попытался огрызнуться Дин и, нервно пожав плечами, начал складывать руки на груди, пытаясь хоть как-то закрыться от давящей ауры Каина. Но он не договорил.

С оглушительным треском тяжелый стол отлетел в стену, врезаясь в обшивку. Негроне даже вдохнуть не успел, как оказался вжат в кресло, а холодное дуло пистолета жестко уперлось ему прямо в висок.

Страх. Живой, липкий страх от угрозы, готовой разнести его череп на куски раньше, чем Деза спустит курок, мгновенно сковал всё тело параличом.

— Если я узнаю или мне хотя бы почудится, что ты представляешь угрозу для моей семьи… — Каин наклонился ближе, и его шепот прозвучал страшнее любого крика. — Я прикончу тебя и скормлю твою жалкую тушу псам с окраин.

Металл пистолета вдавился в кожу Негроне до боли. Смерть стояла здесь, в этой комнате, дыша ему в лицо.

— Времени даю до вечера. Не успеешь свалить из города… и тебе пиздец.

Глаза Дина расширились, зрачки дрогнули. Ужас затопил его изнутри, вытесняя жалкие остатки гордости.

— Т-ты псих! Я получил разрешение на два дня и не уеду отсюда! Тебе же лучше, что я вывезу её отсюда! — слова вырвались изо рта единым истеричным потоком.

От животного страха Дин даже заикаться перестал. И в этот миг Каину на секунду показалось, что этот ублюдок может просто искусно притворяться больным, настолько четко и чисто прозвучала его последняя фраза. В конце концов, медицинские технологии на месте не стояли, и за границей его могли подлатать куда лучше, чем он демонстрировал.

— Тогда ты будешь под наблюдением, — Каин медленно, издевательски растягивая мгновение, убрал пистолет от вспотевшего виска мужчины. — И не только государственного служащего, но и моих людей. Советую тебе всё успеть сделать. Больше ты в эту страну не прилетишь. — Сделав паузу, Деза снова оскалился. Жестоко. Беспощадно. — Только если по частям.

— Больше и не собирался… — тихо, почти беззвучно выдохнул Негроне. Подняв руки, он трясущимися пальцами зачесал волосы назад, стараясь скрыть крупную дрожь, бившую его тело.