Книга Его грешная одержимость, страница 76 – Виктория Кузьмина

Его руки сжали меня ещё крепче, до невозможности, до хруста, словно он хотел убедиться, что я настоящая, что я не исчезну снова.

— Ты невероятная, — выдохнул он в мои волосы. — Моя омега.

— Твоя омега кое-что хочет... — тихо произношу, проводя по мощной груди и невзначай цепляя пуговку на рубашке. Расстёгивая. И следующую. Чувствую, как его дыхание становится глубже, а ладони скользят к моим бёдрам, сжимая сквозь ткань, и между нами воздух сгущается до состояния прикосновения.

— И что же хочет моя омега? — рокочущий баритон обжигает сознание.

— Своего альфу...

— Около здания аэропорта собралась огромная толпа стервятников с камерами, — Саян, тяжело выдохнув, оперся бедром о прохладный металл капота автомобиля.

Каин бросил на них взгляд полный презрения. Журналисты копошились за ограждениями, напоминая рой голодных насекомых.

— Бедолаги. Они ещё от прошлой сенсации толком не отошли. Не успели переварить, как им уже подкинули новую, из-за чего воздух вокруг буквально вибрировал от их нервного напряжения.

Достав сигарету и чиркнув зажигалкой, Саян жадно затянулся. Время было четыре часа ночи. Глухая, пробирающая до костей темень. Холод пробирался под одежду, царапая кожу мелкими ледяными иглами, словно сама ночь пыталась выморозить из них остатки тепла. И этот прилет.

— Он, блять, раньше не мог прилететь? Чертов изврат.

— Ты про прилет Эйдана Костера? — уточнил Каин.

Саян закатил глаза. Ему в голову сразу пришло одно исследование, которое он на днях видел. Там, кажется, говорилось, что, когда человеку задаешь три вопроса он отвечает, зараза только на один. Вот сейчас он намекал как мог в попытке хоть что-то понять в этих изворотливых схемах, и Каин никак не желал приоткрыть всю завесу тайн и хитрых ходов.

Не отрывая взгляда от мерцающего экрана телефона, Деза быстро печатал сообщение, и его лицо оставалось абсолютно непроницаемым. Словно вырезанным из куска мрамора. Ни единой эмоции, ни малейшего намека на усталость или хоть попытку что-то рассказать.

— Ага, — кивнул Саян, выпуская струйку сизого дыма в ледяной воздух. — Твоя воздыхательница, как братца увидела, была готова в тюрьму сесть и предстать перед судом в нашем городе, лишь бы её не отдавали обратно в лоно семьи.

Хитро прищурившись, Саян посмотрел на друга с откровенным любопытством, ожидая хоть какой-то реакции, ведь ситуация была действительно жуткой. Девчонку трясло так, словно её вели на эшафот. Но Каин молчал. Просто игнорировал эти слова, словно судьба Мазари волновала его не больше, чем пыль под подошвами его ботинок.

— Эх-х-х, я слышал тут, что она в прошлом сильно прокосячилась, а он опасный тип, — не унимался Саян, сжимая сигарету между пальцев до того сильно, что фильтр смялся. Желание докопаться до правды зудело где-то под кожей.

— Он глава клана Костер, — медленно, чеканя каждое слово, проговорил Каин, и от его тона по спине Саяна скользнул царапающий холодок. — И ты, я думаю, в курсе, что Балари — страна закрытая и весьма жестокая. А Эйдан уже подмял под себя её большую часть.

Услышав это, Саян сглотнул. Балари была не просто жестокой, она была мясорубкой для слабых. Страной, где выживали лишь истинные монстры.

— И он прилетел за ней сам? Нахрен? — вопрос сорвался с губ быстрее, чем Саян успел его обдумать, и внутри всё стянуло тугим узлом. Зачем главе такого мощного клана лично лететь за провинившейся девчонкой?