Книга Маяк, страница 42 – Татьяна Андреева

— В гроб краше кладут.

Усмешка вернула облику Бальтазара каплю живости.

— Я всегда такой, или ты забыл?

— Мы не виделись долго, но и два года назад ты просто так не зеленел.

— Там душно, а я не люблю этого.

— Больше, чем снег?

Бальтазар молча пошёл в сторону. Неподалеку лежал наполовину заваленный белыми хлопьями ствол. Должно быть, сюда его зашвырнул Акмар, когда особенно злился. Нет древесины прочнее, чем выхоленная морем. Он уселся на корягу, не опасаясь упасть.

Даниэль наблюдал за Бальтазаром, засунув руки в карманы. С виду дерево взаправду казалось удобным. Так что он решил последовать примеру друга и вскоре опустился на бревно рядом с ним. Отсюда виднелся кусочек Лайт-Тауэра — верхушка переливчатого купола, под которым горел вечный огонь. Вспомнив о делах, Дэнни проговорил:

— Когда я уезжал из замка, маги топили снег на верхнем и нижнем ярусах, вокруг. Завтра возьмутся за Пискатерру.

— Зачем ты вызвал меня, Дэнни? С какой стати писал Константину напрямую, в обход меня?

— Я послал тебе несколько писем, в ответ получил молчание.

— Был занят.

— Мы беспокоились.

— И поэтому ты…

— Твой дядя продал остров Серпент.

— Что?!

Бальтазар вскочил на ноги. Дэнни нехотя сполз с бревна. Чтобы смотреть другу в глаза, придётся стоять. В голове Бальтазара множились вопросы, но какое-то время он мог только молчать.

— Кому? — наконец спросил он.

— Торну.

— Отцу Пат? Но зачем, какой в этом смысл?

— Лорд Кольдт не отчитывается передо мной. Торн приехал ради сделки. С собой привёз дочь. Когда мы узнали, что со дня на день будешь ты, леди осталась, чтобы повидаться. А граф отбыл по делам и обещал забрать её на обратном пути. Вот всё, что мне известно.

Бальтазар обручился с Пат в далёком детстве. Не сам, конечно. Предложение от его имени сделал отец. За годы Бальтазар свыкся с мыслью, что темноволосая девочка в розовой пене — будущая герцогиня Наутикская.

Позже, на последнем курсе Академии, он встретил семью невесты в Пирополе и понял, что партия подходит ему. Со временем девочка превратилась в очаровательную девушку. Но его привлекало не это. Мало ли красивых женщин вокруг? Было в её лице и манере держаться что-то такое, что отличало её от других, притягивало взор, заставляло хотеть быть рядом, оберегать и никому не отдавать. На самом деле, ему бы больше соответствовала какая-нибудь маркиза, однако более низкий статус Патриции компенсировали золотые прииски её отца.

— Тебе нужно поговорить с дядей.

— Да, верно.

Даниэль хитро прищурился.

— А она ничего, та фригонка.

— Дэнни-Дэнни, — вздохнул Бальтазар, — Нелс справедливо подметил, ты всех девушек посводил с ума.

— Просто он злится, что его дочка от меня не отходит. Впилась как репей.

— Ты бы тоже расстроился на его месте. О фригонке забудь, её я уже отдал Гранту.

— Он, вроде, крутился возле той, что постарше, а я про другую.

— Тебе понравилась Мышка?

Даниэль рассмеялся, и его веселье было таким неожиданным и заразительным, что Бальтазар не выдержал и тоже прыснул в кулак.

— О боги! Пожалуй, я ещё не видел на твоей физиономии большего изумления, — выдавил Дэнни, всё ещё смеясь, — и скажи на милость, кто обозвал бедняжку так? Уж не ты ли?

— Хьюберт настолько вывел меня из себя, когда с гордым видом подсунул бесполезных девиц, что я назвал её невзрачной мышью. Но ведь так оно и есть. Тощая…