Книга Маяк, страница 43 – Татьяна Андреева

— Трогательная!

— Глаза серые…

— Как редкий жемчуг!

— А волосы похожи…

— На туман в горах!

Бальтазар взглянул на Дэнни с укоризной.

— Не забывай, что ты не можешь иметь с такой девушкой официальных отношений. Ты — фламийский подданный. Баронет.

— Твоими усилиями.

— А для тебя мои решения — ничто? Вообще-то в Наутике они закон.

Скрип снега заставил обоих резко обернуться. Над головами взмыл светоч — выхваченный из сумрака человек ладонью прикрыл глаза. Когда он отвёл кисть от лица, Бальтазар узнал Оливера, а Дэнни с облегчением выдохнул:

— Что ж так пугать-то!

— Прошу прощения, сэр! Я искал вас, чтобы спросить, куда определить пленниц. Элли потеряла сознание. Её ранили на корабле, дорога сюда вымотала окончательно. Вот она и сомлела, а Изабел напугалась, попросила разузнать.

Бальтазар отвернулся к морю, скрестил руки на груди.

— Изабел — это твоя? — уточнил Даниэль.

— Она не моя! — горячо возразил гвардеец. — Я выпросил Изи у Его светлости, чтобы спасти. Кем бы я был, если б воспользовался её беспомощностью?! Да я бы в зеркало перестал глядеться!

Светоч раздулся и лопнул, осыпая Оливера искрами. Несколько обожгло кожу за шиворотом. Другие гвардеец смахнул с волос и плеч.

— Полегче, приятель. Я не это имел в виду, а пытался понять, кто есть кто. Помнишь деда с палкой? Его зовут Захария. Подойди к нему. Пусть отведёт вас к себе.

— А он не будет против, если займут его дом? — спросил Оливер, косясь на спину Бальтазара.

— Это и мой дом тоже, а я не против, так что не дрейфь. Позовёшь, если девушке станет хуже. Иди, иди…

Подавив любопытство, Оливер поклонился, прижав ладонь к груди. Бальтазар не видел, как он уходил, только слышал, как ломается под его подошвами белый настил.

— Что за фокусы?!

— Как же он меня бесит! — сквозь зубы процедил Бальтазар, пальцами сжимая виски.

— По-моему, славный малый.

— Вот именно, славный. Слащавый, как сахар. Порциями — нормально, но, когда много, тошнит.

— Тебе нужен отдых. Староста с семьёй переночуют у соседей. Я разместил леди Торн в комнате его дочерей. Остальные помещения — в твоём распоряжении.

— Ты пойдёшь со мной?

Дэнни улыбнулся.

— Ты не любишь сладкое, я понял. К Умбре сидр! Но что скажешь насчёт картофельной водки на тмине с вяленым мясом акулы?

— Организуй.

— Идём тогда. Чего стоишь?

Бальтазар повернулся к другу, посмотрел на него серьёзно, втянул носом морозный воздух и произнёс:

— У меня к тебе просьба, Дэнни. Я подарил Слезу моряку с «Карателя», зовут Рори Кинг. Я сделал это, не подумав. Теперь жалею. Пошли к нему кого-нибудь, пусть предложат любую плату. Без кинжала я будто сам не свой.

— Ты и Слеза неразлучны, — Даниэль нахмурился. — Зачем ты отдал её?

— По глупости.

— Не волнуйся, — сказал Дэнни. — Она вернётся к тебе.

Рядом кто-то жалобно стонал. Так может плакать лишь раненное животное, не иначе. На лоб ложилась влажная ткань, жаль только, что быстро теплела и высыхала. Шёпот уверял, что всё будет хорошо, просто надо держаться. В горло лилось горькое питьё. Мерещились размытые лица.

Новый стон прозвучал близко, слишком близко для того, чтобы быть чужим. Элли осознала, что он шёл из недр

её

груди и что это

её

тело горит в агонии. Тьма вновь затопила разум и освободила его лишь на рассвете.