Книга Шепот багряной луны, страница 32 – Мия Флор

— Пикколина, — размеренный голос Риччи, доносящийся из-за моей спины, заставляет кровь похолодеть.

Я теряю ориентацию. Лёгкие сжимаются, не в силах сделать вдох или выдох.

— Что происходит? — он подходит ближе, уверенно опускает ладонь мне на бёдра, смотрит в глаза ошарашенному не меньше, чем я сама, Джузеппе.

Собравшийся в моем дворе народ замирает, словно кто-то заморозил время, взгляды устремляются на Риччи.

У меня начинает дрожать подбородок, я теряю дар речи.

Кто со мной сейчас рядом? Это муж или монстр в его теле?

Я до смерти боюсь встретиться с ним взглядом и понять, что настоящий Риччи вернулся. Только он называл меня так.

Сейчас он притягивает меня к себе и касается губами виска. Тело настолько немеет, что я не понимаю: стою ли, или падаю на землю.

Гигант же не умеет разговаривать… или умеет?

— Риччи?! — Маттео первый приходит в себя. — Мы думали, что…

— Что? — холодно интересуется он.

Я улавливаю нечто странное в его голосе — снисходительность, будто Риччи разговаривает не с людьми, а с насекомыми.

— Тебя объявили пропавшим.

— Я вернулся. — отрезает муж и поворачивается ко мне, в его глазах я вижу только ледяной мрак. Только тень.

Если передо мной монстр, то почему он зовет меня так, как называл настоящий Риччи?

В этот момент мне кажется, что я теряю связь с реальностью.

— А где остальные? — спрашивает Джузеппе Риччи.

— Остальные кто?

— Твои друзья, которые были с тобой?

Риччи не отвечает. Он смотрит в упор на карабинера, будто что-то вспоминает.

А что там вспоминать? Он превратил их в месиво!

Риччи переводит взгляд на меня.

— Пикколина, нам нужно подождать адвоката, да? — спрашивает он холодным, почти безразличным голосом.

Я не совсем понимаю — дрожу ли я сейчас или киваю. В общем, подбородок двигается, и Риччи с Джузеппе принимают это за ответ.

Меня до чертиков пугает слово «пикколина». Когда муж его произносит, я вновь возвращаюсь в злосчастную ночь…

— Вы же позволите нам одеться и дождаться адвоката Менегедду? — с непроницаемым выражением спрашивает Риччи. Я почти давлюсь воздухом… Он знает даже имя моего адвоката!

Но это не всё, что заставляет сердце в груди сделать сальто.

Скользнув взглядом вниз по телу Риччи, я только сейчас понимаю, что он стоит полностью голый.

Теперь я понимаю не просто удивление Джузеппе, а смущённую озадаченность. Ну правда, зачем монстру одежда? Он же привык обходиться без неё…

— Конечно, — кивает карабинер, пока Риччи подталкивает меня внутрь дома.

Но затем Джузеппе просовывает ботинок в дверь:

— Лина, всё в порядке? — обращается он ко мне, очевидно, вспоминая о зафиксированных ранах и синяках после той ночи. Пусть я и не обвиняла в них Риччи, опытный карабинер может и сам все понять.

Я чувствую сверлящий взгляд Риччи.

— Да. Всё в порядке, — тихо говорю, понимая, что здесь под угрозой не только моя жизнь, но и всех этих людей.

Как только мой муж закрывает дверь, я отскакиваю от него на несколько шагов. Прижимаюсь к стене — то ли пытаюсь найти опору, то ли собираюсь слиться со штукатуркой.

— Ты… ты разговариваешь… — шепчу я.

Риччи склоняет голову набок и рассматривает, наслаждаясь моим ужасом. Расплывается в довольной, зловещей улыбке.

— Ты мог сразу… сказать… — сердце вот-вот проломает грудную клетку.