Книга Шепот багряной луны, страница 35 – Мия Флор

Я вижу, как собаки обнюхивают каждое дерево, и начинаю волноваться: вдруг они почувствуют место, где я закопала человеческие запястья? Пусть оно и в отдаленной части поместья, но все же…

Инстинктивно сжимаю ладонь Риччи-монстра. Он встаёт передо мной, заботливо поправляет волосы, ловит мой взгляд — чтобы утащить на самое тёмное дно.

— Они ничего не найдут, — шепчет он, будто прочитав мои мысли. — Я думал, тебе понравится мой подарок. В следующий раз я подарю тебе что-то другое.

Его губы почти касаются мочки моего уха. Внутри всё сжимается. Сердце бьётся в горле, а от его прикосновений по коже проходит электрический холод.

Я опускаю ладони на его грудь в бессильном жесте, но даже не решаюсь оттолкнуть.

Он сейчас серьёзно?

И что он принесёт в следующий раз? Голову?

Муж холодно улыбается, словно наслаждаясь ужасом в моих глазах.

И если настоящего Риччи можно было узнать по безумной ухмылке, то у Риччи-монстра она — ледяная, властная, пугающе спокойная, как у настоящих психопатов.

Проблема в том, что теперь я не знаю, какая из них пугает меня больше.

Одно успокаивает: если Каррас сказал, что кисти рук не найдут, значит, так оно и будет.

Интересно, как он это делает?.. Как заставляет тела исчезнуть? И как так вышло, что Риччи остался жив?

Никогда ещё я не чувствовала себя в западне настолько, как сейчас.

Дорога в комиссариат проходит в таком напряжении, что моё сердце едва не лопается.

Каррас молчит и рассматривает панораму за окном.

Менегедду ведет машину и изредка поглядывает на нас через зеркало заднего вида.

Я пытаюсь вжаться в противоположную от мужа дверцу, как будто собираюсь стать с ней одним целым.

В комиссариат Риччи-монстр входит как к себе домой. Он вообще везде ощущает себя как дома. Будто всё вокруг принадлежит ему. Весь остров. Весь мир.

Здесь нас разделяют. Риччи с Менегедду отправляется на подтверждение личности. Я захожу в один из кабинетов для дачи показаний.

Я ненадолго вздыхаю спокойно — даже если вынуждена отвечать на вопросы о парне, чьи отрезанные кисти рук мне пришлось хоронить за домом.

— Лина, когда в последний раз вы видели Маттео Пинна? — спрашивает комиссар.

Я сосредотачиваюсь. Сказать, что он приезжал ко мне тем вечером, когда хотел угрожать? А потом…

Чёрт. Запястья я нашла именно в ту ночь. Значит, Каррас избавился от него тогда, два дня назад.

— Четыре дня назад. — вру я на всякий случай и даже не краснею. — Когда меня посадили под домашний арест. В тот день он приехал ко мне, и это видели другие карабинеры. Можете поинтересоваться у них, — говорю я, внезапно ощущая, как волосы на коже становятся дыбом.

Могу не сомневаться — Риччи-монстр сейчас прямо за дверью. Я чувствую его близость.

Далее следует череда вопросов, о его брате, о том, как я относилась к обоим И тому подобное.

— Ещё один вопрос, Капиталина. Вы рады, что ваш муж вернулся?

Я нервно сглатываю и смотрю в глаза комиссару.

— Просто вы выглядите так, будто за вами по пятам следует привидение.

Хуже. Всё намного хуже.

За мной следует древний гигант, вселившийся в тело мужа. Сейчас я его не вижу — но чувствую. И этого достаточно, чтобы покрыться мурашками и чтобы волосы стали белее снега.

— Я рада. Просто ещё в шоке, — хрипло отвечаю, и мужчина подозрительно всматривается в мои глаза.