Книга (Не)спящая красавица или Ох уж эти сказки!, страница 80 – Катерина Кравцова

— Я… обращусь к милости его высочества! Ты пожалеешь… мерзавка! Тварь! — открывшиеся печальные перспективы напрочь лишили баронессу Аделину придворного лоска.

Лаялась она с упоением. А я в это время сноровисто выпихивала ее за дверь, звала стражу и велела больше эту почтенную даму к моим покоям не подпускать. Притихшая у двери Жакетта наблюдала за моими действиями с восторгом.

— Как это вы ее, сударыня! — восхищенно отметила она, провожая взглядом баронессу. — Этак ловко. И не осердились будто бы. Неужто вовсе не обидно?

Конечно, мне не было обидно, — потому что я знать не знала эту напыщенную корову раньше, и не собиралась узнавать теперь. Подумать только, денег ей моих захотелось! Небось, сама найду куда их потратить, и сама решу, как сохранить. Где это видано, в конце концов, чтобы главбух добровольно и с удовольствием расставался с финансами?!

— Отдыхать уже некогда, — печально констатировала я. — Принеси хотя бы воды, обтереться наскоро. И будем одеваться к трапезе.

— Сию минуточку сбегаю, — закивала служанка. — Вы не горюйте, мадемуазель, что дух перевести не вышло. Ничего не поделать, день сегодня такой.

Жакетта умчалась за водой, а я уселась на кровати и погрузилась в раздумья. Тридцатилетие Робера приближалось, а никакого способа спасти его мы так и не нашли. Машинально я погладила фамильяра, и он со скрипом раскрыл глазки.

— Бусечка, — воззвала я к скарабею, — что же нам делать?

— Вы, женщины, удивительно подвержены страстям, — философски заметил Бусик. — Вам остается ждать и надеяться. Я предложил бы еще обратиться к богам, но ты не веришь. А значит, твоя молитва не принесет тебе ни пользы, ни утешения.

— Интересно, — прищурилась я, — если бы я верила, моя молитва могла бы на что-то повлиять? Может, и граф избавился бы от заклятья?

— Может, и так, — проворчал скарабей. — Однако, можешь рассчитывать, что справишься и сама, без вмешательства высших сил. Я пророчествую. Слушай, и не говори, что не слышала. Напряжением всех сил ты сумеешь…

— Да что ж оно далось вам, будь неладно это напряжение сил! — возмутилась я. — Хоть бы разъяснили, в чем оно должно заключаться.

— Ты поймешь, когда придет пора, — затихающим голосом пообещал Бусик, и глазки его сонно прикрылись.

— Надеюсь, что пойму, — по правде говоря, мне было страшно.

Все-таки человеческая жизнь на кону. Больше того, — жизнь человека, в которого меня угораздило почти что влюбиться.

— Дорогое Мироздание! — подняв глаза к потолку, попросила я. — Помоги нам, пожалуйста, понять, как действовать. Очень тебя прошу.

Мироздание, понятно, не откликнулось. У него и без меня была уйма разных дел.

Нарядная, с изысканной высокой прической, я шагнула через порог большого зала… и чуть было не рванула обратно, теряя туфли на ходу. Потому что огромное, тихое и безлюдное пространство разительно переменилось.

Нет, я, понятное дело, знала, что у нас гости, что их много, и что в зале должно быть тесновато… Но чтобы настолько?! Шпроты а банке — вот что я вспомнила первым делом, созерцая толпу оголодавших придворных.

Всюду, кроме высокого стола, где сидели принц Бальтазар, Робер и Жиль Вилларе, царили толчея и хаос. Казалось, гостей ни разу не накормили по дороге в шато Беранже. И теперь они наверстывали упущенное — толкаясь, наугад хватая с блюд и тарелок съестное и засовывая его в ненасытные рты. Слуги едва успевали метать на столы новые порции еды и напитков.