Книга Дочери Цветочной долины, или Бракованная жена дракона, страница 19 – Одария Вербенова

— Дедуль, — говорю, — у тебя гости! Есть чем побаловать?

— Всегда найдётся, — по-доброму смеётся он, подмигивая Миле и Еве.

Он окинул девочек внимательным взором, кивнул с одобрением и сказал:

— Добро пожаловать! Отдохните, поешьте, а я присмотрю за вами, пока Агата и Буян займутся делами.

Муж положил руку мне на плечо и сказал:

— Ты пока сходи с Одо к тётушке Салли, а мне пора в совет. Постараюсь вернуться к ужину. — Он взглянул на девочек, смягчив голос: — Будьте умницами, хорошо? Слушайтесь дедушку.

Мила застенчиво кивнула, а Ева молча опустила глаза, поджав губы.

Брат Буяна как узнал о нашей находке по имени Одо, сразу вызвался пойти к тётушке Салли вместе со мной. Он, не спрашивая, взял маленького дракончика себе на руки, прижав его к груди, как родного.

Одо и сам не сопротивлялся, словно так и должно быть.

Лавка снадобий встретила нас травянистым ароматом и внимательным взглядом её хозяйки.

— Я как знала, что придёте, — улыбается она, — не стала уходить домой. Вижу, нужна помощь юному дракону.

— Его зовут Одо, — говорю, пока Константий подходит к широкому прилавку и ставит дракончика на него. — Бедняга жил в стволе дуба в Цветочной долине... Не известно сколько времени он вот так провёл в драконьей форме...

— Думаю, не много, — говорит она, — видно же, что всё понимает!

Тётушка Салли, с морщинистыми руками, испещрёнными следами от травяных настоев, внимательно осмотривает найдёныша. Она аккуратно проводит рукой над его спинкой, будто читая невидимые руны. После берёт одну из своих склянок, чтобы смочить пальцы неким зельем, которыми теперь потирает нос дракона.

Раздаётся чих.

— Ну-ка, дружок, сосредоточься, — говорит Салли мягко. — Представь себя человеком. Вспомни свои корни, свою истинную форму, а зелье ясности тебе поможет.

Одо моргнул большими глазами, наклонил голову набок, будто пытаясь понять слова женщины. Затем его тело начало мерцать, словно покрытое тонкой дымкой. Чешуя постепенно теряет плотность, лапы трансформирмируются, хвост растворяется в воздухе.

Мы затаили дыхание, наблюдая за чудом. Трансформация идёт медленно, с паузами, ведь это сложная задача для ребёнка.

Наконец, перед нами на прилавке оказывается семилетний мальчик с огненно-рыжими вьющимися волосами и глазами, сверкающими, как драконьи искры.

— Градимир! — голос Константия дрогнул. Он шагнул вперёд, не веря своим глазам. — Я знал, что это ты! Чувствовал!

Градимир растерянно огляделся, а затем бросился в объятия отца. Константий подхватил его, прижав к груди, и от этой картины на моих глазах выступают слёзы.

— Я... я помню! — прошептал Градимир сипло, привыкая к человеческой речи. — Я помню тебя! И Маму, и тётю Агату и тётю Салли... Всех помню!

Мы все смеёмся от облегчения и радостного воссоединения этих двоих.

В этот момент повязка, которой была перевязана «лапа» Одо соскользывает и падает на каменный пол. Градимир вскрикнул, инстинктивно поднёс руку к груди, будто заново переживая ранение, и с испугом посмотрел на свою кисть.

— Что... что с моей рукой? — прошептал он дрожащим голосом. — Рана... она была здесь!

Константий внимательно осмотрел кисть сына, а затем улыбнулся.

— Смотри, сынок, — говорит он, осторожно поворачивая руку Градимира. — Рана давно затянулась. Больше нет ни шрама, ни боли. Ты ведь дракон, а у драконов раны заживают почти мгновенно.