Книга Путеводитель по чужим небесам, страница 22 – Вероника Воронина

Я закатила глаза, но внутри слегка напряглась.

— Наверное. Но надеюсь то что от нам пообещал на 90 % правда и вы точно в безопасности, — ответила я, пытаясь шутить.

Мы рассмеялись, хотя смех был немного натянутым.

Экипаж продолжал проверять системы. Навигатор, высокий парень с металлическими имплантами, просматривал маршрут:

— Планета цель: Vortis IX. Проверка стабильности атмосферы — всё в норме.

Я кивнула, но сердце немного ёкнуло — ведь это маршрут, который я согласовывала. Все протоколы были соблюдены, но внутри оставалось напряжение.

Корабль был почти пустым: кроме нас, внутри находились лишь пилоты, навигатор и директор, который, как оказалось, тихо наблюдал за процессом, стоя у одного из голографических интерфейсов.

— Всё готово, — наконец сказал он, тихо, но с чувством полной уверенности. — Мила, хочу, чтобы ты проследила, чтобы маршрут соответствовал требованиям безопасности и интересам клиентов.

Я кивнула.

— Да, сэр.

Он слегка улыбнулся, и я поняла: напряжение здесь не связано с технологиями. Оно было связано с человеком.

— Ну что, — пробормотала я себе под нос, — самое время показать, что я умею управлять не только маршрутами, но и космосом.

И с этими мыслями я устроилась в кресле, включила персональный ИИ и начала проверку маршрута. Корабль мягко вздрогнул — мы готовились к старту, а впереди был целый мир, полный возможностей и неожиданностей.

Но вот одну неожиданность я узнала буквально через 10 минут после начала пути.

О романтике, криокамерах, неожиданных сближениях и попытках сохранять профессионализм

Старт полёта прошёл без особых происшествий.

Мы устроились на борту корабля, включили все системы, проверили интерфейсы. Навигатор проверял маршрут, пилоты шутливо обсуждали свежие сплетни о директоре, а я старалась держаться спокойно… до того момента, когда подошло время криокамер.

Криокамеры — отдельная гордость компании. Отдельные кабины для каждого туриста, автоматическое распределение температуры и давления, встроенные ИИ-ассистенты, мгновенная система пробуждения при ЧП, контроль биометрии.

Но сейчас “ЧП” было совершенно другого рода — романтическое.

Я проверила сценарии: все алгоритмы защиты корабля, эвакуации и безопасности пассажиров были активированы. Если мимо пролетал метеорит, система выводила команду корабля из сна, а в критических случаях должна разбудить нас с директором.

— Отлично, — сказала я себе. — Ещё пара минут — и начнётся самый романтический тур.

И тут я наконец заметила, что тур… был романтический.

Прямо-таки супер романтический.

Мы с директором должны были разместиться в двойной криокамере для мужа и жены.

Я замерла.

— Серьёзно? — прошептала я, стараясь скрыть нервозность.

— Да, — тихо ответил директор, будто угадав мои мысли. — Специально для этого тура наша компания закупила двойные криокамеры. Неужели вы опять упустили этот маленький момент при планировании тура?

Я почувствовала, как сердце немного подпрыгнуло в груди.

— Это… Нет! Конечно я все заметила, — попыталась я улыбнуться. — Я имею в виду… Я не думала что нам обязательно будет ложиться в одну криокамеру.

Он слегка ухмыльнулся.

— Понимаю твою тревогу. — Его голос был мягким, почти сострадательным. — Но можешь быть спокойна. Я не собираюсь тебя соблазнять. И увольнять — тоже не буду. Разве что если… что-то пойдёт совсем не так. Решение о использовании такой криокамеры обусловлено двумя факторами. Первое — это экономия, нам потребуется меньше расходов для поддержки двойной криокамеры. Второе — мне необходимо проверить насколько вообще комфортно в таком формате.