Книга Путеводитель по чужим небесам, страница 25 – Вероника Воронина

Я выдохнула.

— Почти угадали.

— Тогда тем более, — кивнул он. — Здесь тебя точно никто не уволит.

Я посмотрела на него и вдруг поняла, что больше не хочу провалиться от стыда.

— Хорошо, — тихо сказала я.

Он слегка улыбнулся.

— Вот и договорились.

Интимность момента была странной, но приятной: музыка, звёзды и лёгкие прикосновения делали криокамеру местом, где страхи прошлого и тревоги настоящего могли просто раствориться.

И даже мягкая нервозность от романтической обстановки криокамеры превратилась в концентрацию: я включилась в рабочий режим, проверяя маршрут и детали для туристов, ощущая, что рядом кто-то, кто не только требует профессионализма, но и умеет заботиться. Криокамера мягко изменила освещение — звёзды начали постепенно гаснуть, музыка стала чуть ярче, сигнализируя о полном пробуждении.

Реальность возвращалась. Работа — тоже.

Я медленно выпрямилась, уже полностью приходя в себя, и потянулась к интерфейсу.

— Нам нужно проверить маршрут, — сказала я, почти автоматически.

— Уже лучше, — отметил он. — Узнаю своего руководителя.

Я замерла на секунду, а потом кивнула и включила голограмму маршрута.

И где-то глубоко внутри, под рабочими алгоритмами и цифрами, осталось тихое, почти незаметное чувство — благодарности.

Рубка постепенно наполнялась привычным шумом — тихими сигналами систем, шорохом голографических проекций и негромкими голосами команды.

За панорамным куполом медленно вращалась планета — холодная, красивая и пока ещё чужая. Она медленно вращалась под нами: тёмно-синие массивы, серебристые облака и редкие вспышки в атмосфере.

Я заняла своё место у голографического стола, привычным движением развернув маршрут. Слои данных вспыхнули передо мной: орбита, зоны посадки, предполагаемые точки интереса для туристов.

Навигатор уже стоял у панели.

Эрн — высокий, худой, с почти прозрачной кожей и тонкими металлическими имплантами вдоль висков. Они мягко светились, когда он работал, и создавалось ощущение, что он обрабатывает данные быстрее, чем система успевает их выводить. Его голос всегда был спокойным, ровным, почти без эмоций.

— Давай посмотрим зону первичной высадки, — сказал Эрн, не отрываясь от панели. Его голос, как всегда, был ровным, почти механически спокойным.

— Уже вывожу, — ответила я.

— Учитывай магнитные искажения, — добавил он. — Они слабые, но нестабильные.

— Вижу. Можно обойти через северный сектор.

— Увеличится время спуска.

— На три минуты.

— Допустимо.

Первым в рубку зашел тот самый пилот с ярко-синими волосами — Дейр. Худощавый, подвижный, с живой мимикой и привычкой говорить быстрее, чем думать. Он выглядел как человек, который однажды решил, что скука — это диагноз, и теперь всю жизнь от него лечился.

— Жива? — бросил он, мельком оглядев меня.

— С трудом, — ответила я.

— Значит, полёт прошёл идеально, — довольно кивнул он.

Следом за ним вошёл второй пилот — новенький.

Высокий, широкоплечий, с тёмными волосами, аккуратно уложенными, и слишком идеальной формой, как у человека, который ещё не успел её “пережить”. Его звали Кайс. Он двигался чуть осторожнее остальных, но взгляд у него был внимательный и… заинтересованный.

Слишком заинтересованный.

— Мила, да? — он подошёл ближе, мягко улыбаясь. — Я слышал, ты ведёшь этот маршрут.