Книга Жена вместо истинной. Подмена у алтаря, страница 52 – Кристина Юраш

В ее словах не было блефа. Была решимость. Холодная, абсолютная решимость.

И в этот момент я понял: я не отпущу ее. Не сейчас. Не потому, что она нужна мне как жена. Не потому, что она замена Аннабель.

А потому, что я хочу видеть, как она ползет вверх. Хочу видеть, как она ломает этот мир. Хочу быть тем, кто стоит у нее на пути. И тем, кто, возможно, однажды подаст ей руку. Или столкнет вниз обратно. И будет смотреть, как она лежит и снова барахтается на дне.

Эта мысль была чудовищной. Порочной.

И она доставляла мне извращенное, темное удовольствие.

Я отвернулся. Резко. Будто меня ударили.

— Можете идти, — бросил я через плечо.

Я услышал, как она выдохнула. Коротко. Резко. Как будто выпустила воздух из легких, который держала все это время.

Шаги. Тихие. Удаляющиеся.

— И да, если вам нужна библиотека, то просто скажите Себастьяну. Я его предупрежу. Он откроет ее для вас.

Дверь хлопнула.

Я остался один в библиотеке. Среди тысяч книг, которые хранили секреты веков. Но ни одна из них не могла ответить на вопрос, который теперь жег меня изнутри.

Почему мне было так хорошо рядом с ней?

И почему это чувство было похоже на начало конца?

Дверь моей комнаты захлопнулась, отрезая меня от эха его шагов, но не от того странного, липкого жара, который полз по венам.

Я прислонилась спиной к холодному дереву и закрыла глаза. Сердце колотилось где-то в горле, сбивчиво и громко, как пойманная птица.

Это был не страх. И не та чистая, звенящая радость от осознания того, что магия возвращается — хотя и она тоже была здесь, тихим фоном, похожим на гудение высоковольтных проводов перед грозой.

Это было нечто другое. Тягучее. Опасное.

Он назвал меня «бесполезной».

Он сказал, что моя свобода — иллюзия.

Его голос звучал как скрежет камня о камень, грубый и насмешливый.

Но он дал мне ключ. Доступ к библиотеке. К тем знаниям, за которыми охотники за редкостями готовы убивать. К трактатам, которых нет даже в закрытых архивах Имперской Академии.

Я скользнула вниз по двери, оказавшись на полу, и неожиданно для себя улыбнулась. Уголки губ дрогнули, разрывая привычную маску покорности.

Меня все еще трясло — мелкая, нервная дрожь в кончиках пальцев, — но внутри разгоралось предвкушение.

Академия подождет. Башни с их строгими уставами и лекциями никуда не денутся. А вот эти книги… Они были здесь и сейчас. И я не уйду, пока не выучу каждую букву, каждый символ, каждую формулу, начертанную в этих фолиантах.

В голове роились названия: «Анатомия узлов», «Канон запрещенных связок», «Хронология возврата». Сердце гулко ударилось о ребра.

Ужин мне принесли в комнату.

Себастьян молча поставил поднос, бросив быстрый, оценивающий взгляд на мое лицо, но ничего не спросил.

Еда казалась безвкусной. Я механически проглотила несколько ложек супа, чувствуя, как тепло растекается по желудку, но мысли были далеко. В темных коридорах библиотеки. В запахах старой кожи и пыли. На старинных страницах, ветхих и пожелтевших.

Я легла спать рано, но сон не шел. Темнота за окном казалась живой. Я лежала, слушая тишину дома Дартуар, и ждала утра.

На следующее утро я проснулась с четким планом.

— Себастьян, — сказала я, когда дворецкий вошел с завтраком. Мой голос звучал ровно, без вчерашней хрипоты. — Я хочу позавтракать здесь. И после этого прошу открыть библиотеку