Книга Сага о принце на белом коне. Книга 1, страница 10 – Юлия Стешенко

— Нет-нет-нет! – Инги, расхохотавшись, вскинул узкие белые ладони в жесте «сдаюсь». – Пощади, брат мой! Ты выиграл эту битву.

— Вот то-то же, – проворчал, медленно успокаиваясь, Торвальд. – Я всегда выигрываю битвы.

В каком-то смысле Инги был прав. Все действительно могло быть намного хуже. Вот Улава, скажем, с кривой Гретхен сговорили. Бедняга попытался возражать, так отец ему с ходу: «За Гретхен отрез земли дают, отару в пятьдесят голов и три прута серебра. С таким приданым бельмастая девка любую красотку за пояс заткнет». А если Улав такой уж чувствительный и ранимый – пускай ночью светильник задувает, прежде чем к исполнению супружеского долга приступать. Хотя нормальный мужик и со светильником смог бы! Ибо главное в женщине – отнюдь не глаза.

И ничего. Женился в конце лета Улав, сейчас Гретхен с пузом ходит. Прав был его папаша – нормального мужика бельмо не остановит.

Погруженный в глубокие размышления, Торвальд сам не заметил, как добрел до своего дома. У порога деловито копошились три курицы, разрывая желтыми лапами черную грязь. Над крышей тянулся низкий сизый дым, в котором угадывался густой, сытный аромат жареного мяса. Сразу вспомнилось, что ел Торвальд только утром, и то всего ничего – миску каши со шкварками и четвертинку гуся. Инги, правда, приглашал остаться на ужин, обещал тушеную ягнятину в молоке и соленую репку – но мать не одобряла, когда Торвальд ужинал в доме Лекню. Нет, она не ругалась, все-таки сын давно вышел из того возраста, когда мальчика пристало ругать. Но поджимала губы, смотрела мимо и тяжело, со значением молчала. Не то чтобы Торвальда это пугало… Но ужинать он все-таки не остался.

Уже взявшись за ручку двери, Торвальд остановился, пораженный идеей. «Уж ты-то про женскую корысть все знаешь!» Вот как нужно было ответить! Когда Инги сказал, что женщины к Торвальду из-за богатства отцовского липнут, – вот как нужно было его осадить! С одной стороны, Торвальд указывает, что Инги сам подарками девиц приманивает. А с другой – вроде как намекает на Лекню. Но не явно, а исподволь, не давая причины для ссоры.

Ну какая же хорошая мысль! Жалко, что поздно…

Тоскливо вздохнув, Торвальд пнул стену, выругался под нос и вошел в дом.

— И все равно я не понимаю. Ну ладно, ты с этим Торвальдом дружишь. А я при чем? – вытащив из комода футболку, Ива встряхнула ее и придирчиво понюхала. Дешевая мебель безбожно воняла клеем, и этот гадостный химический запах пропитывал все – одежду, постельное белье, волосы.

— При том, что Торвальд лично тебя пригласил! Так и сказал: «Жду тебя, Барти, с любезнейшей девицей Ивой, на конную прогулку по славному городу Грейфьялю», – отозвался из соседней комнаты Барти. Судя по невнятной дикции и характерным паузам, он что-то энергично жевал. Но дверца холодильника при этом не хлопала.

— Ты жрешь мои яблоки! – оскорбленно возопила Ива. – Положи немедленно! У тебя свои есть!

— Мои уже закончились, – бесхитростно объяснил Барти. – А следующие только в пятницу подвезут. Вдруг я до пятницы от цинги загнусь? Моя смерть будет на твоей совести!

— Вали к своему Торвальду и жри там квашеную капусту! – отрезала Ива. – Я у тебя спрашивала, что привезти! Почему про напряженку с фруктами не сказал?