Книга Сага о принце на белом коне. Книга 1, страница 134 – Юлия Стешенко

— Здравствуй, Сигрид, – склонил голову Торвальд.

— Кто это? – старая служанка близоруко прищурилась, разглядывая гостей. – Кто?.. А, Торвальд! Рада тебя видеть! Проходи, проходи, – приветливо улыбнувшись, она посторонилась, открывая проход. – Кушать хочешь? У меня мясной пирог есть, горяченький…

— Нет, Сигрид, в другой раз, – Торвальд старался говорить весело и дружелюбно. Так, словно действительно заглянул проведать доброго приятеля. – Скажи, Сигрид, а Ингвар дома?

— Кто? Ингвар? Нет. Ушел. Утром еще ушел, с мальчиками, все трое ушли.

— И куда же они направились? Может, я смогу их найти? – обезоруживающе улыбнулся Торвальд. И служанка тоже расплылась в ласковой беззубой улыбке.

— Конечно, найдешь! Отчего же не найти. Они на гору пошли, к капищу. Богов почтить. Не сегодня-завтра снег выпадет, Ингвару, с его коленом, наверх уже не подняться. Так он сейчас пошел. Мяса с собой взял, меда, бьера сладкого. Иди, Торвальд, иди. Догони его. Вместе жертву принесете, вместе милости божественной испросите. Конечно, иди.

— Сейчас. Только… Ингвар просил меня плащ захватить. Желтый такой, чужеземный. Знаешь, где он? – Торвальд, улыбаясь, смотрел в круглое морщинистое лицо.

— Знаю. Как же не знать. В сундуке лежит, вот там, – махнула рукой Сигрид. – А зачем Ингвару плащ? Он никогда его не надевал, не любит он этих чужеземных штучек, брезгует.

— Не знаю, – легко пожал плечами Торвальд. – Я не спрашивал. Ингвар попросил – я и беру.

— Ну да, ну да. Конечно. Зачем тебе спрашивать. Старик попросил, ты и делаешь. Хороший ты мальчик, Торвальд, уважительный, – не прекращая тихую воркотню, старуха отперла расписной сундук, откинула тяжелую крышку и зарылась в груду тряпья. Замелькала цветная шерсть, полотнища небеленого льна, рубахи простые и вышитые, вязаные кофты и шитые куртки. Когда на дне мелькнуло ярко-желтое пятно, Торвальд не удержался и выдернул плащ из сундука.

— Дай-ка я помогу тебе, Сигрид! – он погладил старуху по пухлому круглому плечу. – Ой! А что это? – Торвальд, отогнув полу плаща, указал на неровную дырку. – Я думал, Ингвар его не носил…

— Не носил! Клянусь – не носил, – выпятила подбородок Сигрит. – Знать не знаю, откуда дыра взялась. Мыши, наверное, погрызли. А ты дай мне плащ! Я сейчас залатаю быстренько латочкой красивой, – она протянула руку, но Торвальд, свернув скользкую ткань, убрал плащ за пазуху.

— Не нужно. Залатаешь, когда Ингвар вернется.

— Рабы! Спроси про рабов, – прошипела сзади Ива, и Торвальд, собравшийся уходить, остановился.

— Сигрид, а где ваши рабы? Помнится, у вас человека три было или четыре.

— Трое, трое, не четверо. А куда подевались – не знаю, – вздохнула старуха. – Неви говорит, что сбегли, да только одежда вся на месте лежит, а кто бегает без одежды? Да еще и на зиму глядя. А может, и сбегли… Молодые они были, совсем молодые. А вас, молодежь, не поймешь…

Не слушая вздохи и жалобы Сигрид, Торвальд вытолкал Иву на улицу и с облегчением захлопнул дверь, оставляя за спиной темный душный дом, запах старости и забродившего бьера.

— Видела?

— Видела.

— Это точно он, – Торвальд, повернувшись к горам, снова указал пальцем. – Вон туда пошел. Где ельник кончается.

— Зачем? – склонила голову набок Ива.

— Жертвы принести. Сигрид же говорила – мед взял, мясо…