Книга Пушкин, кружка, два ствола, страница 1 – Юлия Стешенко

— Твою мать! — Дина выжала тормоз, и машину потащило по мокрому асфальту, закручивая юзом. Клюнув носом, старенький «Ленд Крузер» вылетел с шоссе, проскользил по траве и встал, едва не поцеловав здоровенную, в три обхвата сосну. Все еще судорожно сжимая руль, Дина слепо таращилась на густо поросший мхом ствол.

Под капотом что-то внезапно щелкнуло, и по лобовому стеклу медленно, словно стирая пот, поползли дворники.

Беленькая, как майское облачко, коза мекнула и переступила копытцами, кокетливо склонив голову набок. В опрокинутых горизонтальных зрачках мерцали искры шаловливого безумия.

— Твою мать… — отмерла наконец-то Дина. Шепотом матерясь, она нашарила едва не свалившуюся с пассажирского сиденья пачку «Уинстона», на ощупь выбила сигарету и прикурила. Руки дрожали.

Дернув короткой загогулиной хвоста, коза вытянула шею, втянула розовым носом воздух и медленно двинулась вперед. Дина ткнула ладонью в подушку сигнала. Машина тоскливо вскрикнула, и коза отпрянула, озадаченно прижав уши. На нежной беленькой мордочке читалось глубокое неодобрение.

— Пошла нахрен, суицидница парнокопытная.

Дина снова ударила по сигналу, и коза, напружинившись, сиганула в кусты орешника, канув в них, как белый камень в зеленой воде. С потревоженных ветвей обрушился водопад, вспыхнув радугой в солнечных лучах.

Закрыв глаза, Дина откинулась на спинку кресла и глубоко затянулась. В рухнувшей на машину тишине шелест мокрых ветвей напоминал биение океанских волн. Где-то совсем рядом, может быть, в том же орешнике, вдохновенно заливалась невидимая птица.

Может быть, соловей.

А может, и не соловей. Соловьи же по ночам поют?

Все?

Или только те, у которых бессонница?

Приближающийся звук мотора Дина опознала не сразу. Он постепенно вычленился из шорохов, скрипов и птичьего щебета. По шоссе двигалось что-то очень громкое и очень древнее — именно такое, какое и ожидаешь встретить в этой богом забытой глуши. Дина заинтригованно распахнула один глаз. Из-за растопырившегося в поворот кустарника бодренько выкатилась бутылочно-зеленая «Нива» со щегольским кенгурятником поперек бампера. Заметив ушедший в густую траву «Ленд Крузер», водитель «Нивы» притормозил, аккуратно подкатился к месту крушения и заглушил дребезжащий двигатель.

Дина открыла второй глаз.

Из «Нивы» выбрался высоченный тощий блондин в темно-синей форме. Сохраняя на лице непоколебимое спокойствие, Дина скосила взгляд на заднее сиденье. По вылинявшей коже дивана перекатывался одинокий стаканчик из-под кофе. Ножи, топор и обрез лежали там, где и должны лежать — под туристическим покрывалом в багажнике.

— Только не говорите мне, что где-то в кустах прячется свидетель ДТП с мобильником, — распахнув дверь, Дина прищурилась, подсчитывая звездочки. — Товарищ лейтенант.

— Нет. Я ищу козу. Маленькая такая, белая, с черным ошейником. Один рог отломан. Не видели? — оценив черный тормозной след, лейтенант медленно, по кругу, пошел вокруг машины — Удачно финишировали. Еще чуть-чуть — и пришлось бы вызывать Михалыча на тракторе.

— Ну да. И Васильича с автогеном. Зачем вам коза?

— Мне — совершенно ни за чем. Но Варвара Степановна души в ней не чает. С утра телефон мне оборвала — Нюрка опять отвязалась и на рывок взяла. Вот, пришлось ехать.