Книга Против течения: вторая жизнь Ирены, страница 110 – Юлия Стешенко

— Ну зачем по кусочку. Это же Троица! Великий праздник! Я считаю, мясом нужно кормить всех. Могу привезти свинину, любую: корейку, бедро, лопатку. Дешевле, чем на рынке! — всколыхнулась обладательница жемчугов. — Муж ради святого дня пожертвует…

— Так же, как в том году? — сладко пропела капустная дама. — От котлеток, помнится, душок такой выразительный шел…

— Просто день был солнечный! А мясо есть мясо — чуть передержишь, и начинает пахнуть. Кухаркам нужно было в уксусе куски промывать.

— Не припоминаю, чтобы телеги с мясом на солнце стояли. Их сразу разгружать начали…

— Но по городу они почти час ехали!

— За час хорошее мясо не стухнет.

— Муж это мясо за полцены продал!

— Несвежее мясо, которое разве что выкинуть, за полцены… Вы уверены, что это именно благотворительность?

Дискуссию оборвала Мейбаумова. Громко откашлявшись, она дождалась, пока установится тишина.

— Я понимаю, что все мы здесь разного достатка. Для кого-то плата за лишний фунт мяса обременительна, а для кого-то и непосильна… — Мейбаумова кротко и светло улыбнулась. — Я готова оплатить половину цены за мясо. Говядину, разумеется — думаю, в праздник святой Троицы угощение должно быть достойным.

— А вторую половину оплатим мы, — тут же вскинулись сестры. — Бжезуцкие никогда не жалели помощи для неимущих. Это наш христианский долг!

Компания притихла, переваривая внезапную развязку. На лицах последовательно отразились: удивление, облегчение — и, наконец, досада.

— Ну зачем же так. Возлагать на вас всю тяжесть расходов — это как минимум несправедливо. Мы все поучаствуем, — первой сориентировалась Мария.

— Да-да. Мы все готовы участвовать! — присоединилась к ней дама в жемчугах. — А от себя я хочу предложить… булочки. Для праздничного стола. В пекарне неподалеку от нашего дома пекут чудесные булочки! Я закажу партию.

— Отличная идея! — откликнулась дама в капустном платье. — Но к булочкам хорошо бы джема. У меня в погребе стоит два бочонка — думаю, сладкое за праздничным столом не помешает.

Над столом установился возбужденный гвалт — теперь каждая благотворительница считала своим долгом предложить какое-то особое угощение. И только за ее счет — потому что благородные люди не экономят на богоугодных делах. Ирена, склонившись к Мейбаумовой, изобразила на лице смущение.

— Мне, наверное, тоже нужно что-то пожертвовать…

— Ох, не переживайте, — улыбнулась та. — Недостатка в угощениях на праздничном столе не будет. Вы здесь гостья, к тому же прибыли в столицу ненадолго. Просто наблюдайте, это весьма познавательно.

Мейбаумова внезапно подмигнула — и снова вернулась к шитью, кроткая, смиренная и просветленная.

*Плебания — дом католического священника при храме. Включала как сам дом, так и хозяйственные постройки.

** Вербное воскресенье приходится на пост.

Дома было тихо. И пусто. Ирена рухнула на кровать, раскинув руки, и закрыла глаза. Тишина обволакивала мягким прохладным бархатом, ласково гладила по лбу невесомой ладонью. После трех часов безостановочного дамского щебета Ирена чувствовала почти физическое облегчение. Словно расстегнула и сбросила тесный корсет.

Какое-то время тишина властвовала безраздельно. Потом сквозь нее, как через слой ваты, один за другим начали проступать звуки.