Книга Против течения: вторая жизнь Ирены, страница 78 – Юлия Стешенко

Значит, Ванда Диамантова. Великолепная, роскошная Ванда. Живая богиня, воплощение женственности и страсти. Когда она давала бенефис в Королевском театре, толпа на руках пронесла ее автомобиль от поворота до ступеней парадного входа.

Господи. Какой бред.

Это же невозможно. Физически невозможно. Где Ванда — а где унылый сухарь Сокольский.

Хотя девочка, в общем, похожа. Та же смуглая, медовая кожа. Тот же овал лица. И глаза — огромные темные озера в обрамлении длинных ресниц.

С другой стороны — всего пару дней назад Ирена мысленно обозвала девочку галкой. Значит, тогда она не показалась красивой? И сходства никакого не заметила? Обнаружив его только после разговора с почтмейстером.

Он ведь и соврать мог. Просто для красоты, из любви к благородному искусству сплетни. Или разыграть решил молоденькую дурочку. Тоже возможный вариант.

Ванда Диамантова…

Зачем ей мог бы понадобиться Сокольский? Он ведь и раньше не был богат. И красотой особой не отличался. Знатностью рода. Карьерными перспективами.

Ирена в свои девятнадцать на эту унылую орясину и не смотрела. А Ирена — не Ванда. Близко не Ванда. Да, тогда просто Дубчик, до Ванды Диамантовой оставалось лет пять или шесть. Но все равно. Невероятная, завораживающая красавица — и… бухгалтер.

Чушь. Совершенная чушь.

Что делать со своим внезапным открытием, Ирена не знала. А потому не стала делать ничего. Просто отложила на дальнюю полку сознания, как сложную, интересную, но мало пригодную в быту вещь. Договор в любом случае подписан, Сокольский ведет себя как добропорядочный партнер — так зачем волноваться зря?

Спустя время сам порыв куда-то бежать, что-то эдакое выяснять начал казаться нелепым. Ну какая, собственно, разница, женат Сокольский или не женат. Да, он очевидно не хочет обсуждать эту тему… И что? Можно подумать, Ирена рвется о своем прошлом рассказывать. Это же не означает, что Сокольский имеет право устраивать собственное расследование, собирая информацию о ее личной жизни. А ведь мог бы! Если рассуждать объективно, Ирена — весьма подозрительная личность. Молоденькая девица, только что институт окончила — и вдруг открывает собственное детективное агентство. На деньги, которые непонятно откуда взяла. Выказывает осведомленность о крупном хищении, причем осведомленность крайне специфического толка.

На месте Сокольского Ирена связала бы два факта. Если девица так много знает о похищении крупной суммы — может, она принимала в этом участие? Это объясняет и удивительную информированность, и наличие стартового капитала. Даже желание поучаствовать в расследовании приобретает новый смысл — может, Ирена таким образом хочет избавиться от сообщников?

Нарисованная воображением картина была так внезапна, что Ирена застыла, пораженная открывающимися перспективами. Это что же, Сокольский мог видеть в ней преступницу⁈ Подозревать ее в соучастии, искать улики?

И Желязный мог… Да что там мог — наверняка именно это он и делал! Подозревал, искал — а потом, когда не нашел, решил использовать подвернувшийся шанс. Соучастница, не соучастница — какая разница? Главное, чтобы деньги помогла найти.

А она, кстати, не помогает. Играет в дурацкие игры, опрашивает почтмейстеров и домохозяек. Чтобы выяснить, женат партнер по бизнесу или вдов.