Книга Небо внизу, страница 60 – Юлия Стешенко

— Ну… Наверное, нет, – пожал плечами парень. – Госпожа Дюваль никак не могла знать, что тут происходит. Я думаю.

— И думаешь неверно. Потому что та же Натта могла написать госпоже Дюваль и уведомить ее о происходящем. Как и любой другой житель города, обманутый этим недостойным человеком. Правила требуют, чтобы оплату проводили после ритуала, убедившись в его успешности. Туро просил деньги вперед. Почему же никто из жителей Кенси не обратился к госпоже Дюваль и не указал на этот возмутительный факт? Почему никто не пришел в городскую управу и не сообщил о нарушении? Все молчали – и все платили. Тем самым поощряя Туро к другим преступлениям. А теперь я должна отказаться от всего – но компенсировать этим недалеким и равнодушным людям все их убытки. Это справедливо?

— Не очень. Наверное, – то ли улыбнулся, то ли нервно дернул ртом контрактный. Сообразив, что ругать его не собираются, парень уселся на стуле посвободнее, но по-прежнему судорожно цеплялся за острые коленки. Тео никак не могла сообразить, что же не так. По ее прикидкам контрактный должен был расслабиться и вступить в диалог. А диалога не получалось.

— Мне тоже кажется, что не очень, – подалась вперед Теодора. Взгляд прямой, руки свободно лежат на коленях, поза открытая: смотри, я тебе доверяю. Я тебе не вру. – Я понимаю, что ситуация неоднозначная. Люди в Кенси стали жертвой обмана, и обманул их человек, которому наша семья передала патент. В этом есть часть моей вины. Но семейство Дюваль тоже было обмануто. А жители Кенси потворствовали мошеннику и закрывали глаза на все его преступления.

Контрактный слушал ее напряженно, время от времени согласно кивая. Да, Дювали виноваты. Да, жители Кенси не без греха. Все именно так и есть.

— Я долго это обдумывала и пришла к некоторым решениям. Во-первых, я думаю, будет справедливо, если люди, поощряющие мошенника, компенсируют хотя бы малую часть усилий, которые я прилагаю, чтобы решить их проблемы. Во-вторых, плату я буду брать незначительную. Охранный ритуал действительно стоит девять серебряных монет. Я запросила в три раза меньше – но выполнила все, что требуется. Ну и в-третьих… Если у человека нет денег, я не буду просить оплату, – вбила последний гвоздь Теодора. – Для госпожи Натта три серебряные монеты – вполне посильная трата. Если бы на ее месте была бедная женщина, я бы разогнала енотов совершенно бесплатно.

— И объяснили бы ей, что это еноты, а не призраки? – склонил голову набок контрактный.

— Э-э-э… Не уверена. Видишь ли, Том… Охранный ритуал стоит девять монет. А экзорцизм – тридцать. Если я объясню, что неупокоенных душ тут нет, то придется возвращать двадцать один серебряный. Признаюсь честно – мне очень не хочется этого делать.

— Даже человеку, у которого нет денег? – напряженно свел брови к переносице контрактный.

— Если совсем нет… Тогда, конечно, верну. Но если сумма в тридцать серебряных для клиента не критична – я буду считать это честной платой за услугу. Натта хотела, чтобы ее кухню не разоряли, и готова была за это заплатить. Ее кухню не разоряют. Следовательно, мы честно заработали деньги.

— А три серебряных тогда за что?

— За то, чтобы мух из супа не вылавливать, – закатила глаза Теодора. Контрактный фыркнул и тут же прикрыл рот рукой. Совершенно бессмысленная маскировка – предательские лучики морщинок, растекающиеся от глаз, выдавали его с потрохами.