Книга Небо внизу, страница 63 – Юлия Стешенко

— Знаю. Это сланцевые плиты. Бывают, конечно, и серые – но никаких волн там нет.

Контрактный смотрел внимательно, с задумчивым прищуром. Было в этом взгляде что-то такое… что-то нехорошее.

— О. Вот как, – прикусила губу Теодора. – Сланец… Ну, знаешь, я не очень-то разбираюсь в строительных материалах. Просто видела эту штуку иногда. Издалека. Мне показалось, что она волнистая.

— Конечно. Вы же благородная госпожа, – покладисто согласился контрактный. – С чего бы вам крышами интересоваться. Только вот шифер – это действительно камень. Слоистый такой, как бумага. Его разбивают на пластины и укладывают, как черепицу.

— Вот как, – с деланным равнодушием пожала плечами Теодора. – Понятия не имела. Хорошо, я поняла: шифер не подходит. Значит, мы купим доски. О, посмотри, какое милое заведение. И очень недорогое не вид, – воспользовавшись случаем, сменила тему она.

Таверна действительно выглядела недорого – и очень колоритно. Неровно выбеленные каменные ступени спускались в подвал дома, к тяжелой, окованной железом двери. Как будто не вход в забегаловку, а филиал рыцарского замка.

Надпись на широкой доске предупреждала всех интересующихся, что в заведении госпожи Вивес подают готовые завтраки с восьми до десяти, обеды – с полудня до трех часов и ужины – с семи до девяти.

Приходите к нам три дня подряд, и на четвертый накормим бесплатно! – сулила дополнительную выгоду вывеска.

Контрактный внимательно оглядел узкую улочку.

— Я думаю, что недорогое. Хозяева на мастерские работают – в таких заведениях цены высокими не бывают.

— На какие мастерские?

— Да вот же, – махнул рукой на неказистые приземистые здания Том. – Вон мебельная мастерская, вон камнетесы. Работают с девяти до семи, перерыв на обед после полудня.

Только теперь Тео осознала, что навязчивые звуки пиления, сверления и долбежки – это не чей-то ремонт, а местная, прости господи, промышленность.

И это было грустно. Забегаловка, ориентированная на столяров и камнетесов, вряд ли могла порадовать кулинарными изысками. С другой стороны, если уж Тео объявила о значительном дефиците бюджета…

— Отлично. Попробуем, чем питаются простые рабочие, – провозгласила Теодора и решительно направилась к лестнице. – А ты чего встал?

— Я… Ну… – Том переступил с ноги на ногу. – Я… Тут подумал.

О боже. Опять. Да что ж такое-то.

В этом мире должен быть закон, запрещающий контрактным думать.

— Я тебя слушаю, – подтолкнула к решительным действиям Теодора.

— Я подумал… Ну… Может, я тут подожду? А дома картошки поем. Она сытная, когда с маслом, – контрактный нервным движением оправил рубашку. – Зачем лишние деньги тратить?

— О пречистый огонь, – возвела очи горе Теодора. – Мы и так экономим. Обед из трех блюд – две медяшки, это же практически даром. Поэтому не говори глупости. И пошли обедать.

— Да, госпожа, – мгновенно сдался контрактный. Судя по скорости капитуляции, давиться картошкой он не хотел – но очень стыдился в этом сознаться.

В подвале все было приблизительно так, как представляла Теодора: низкие потолки, грубые длинные столы и круглые табуреты, выстроившиеся молчаливым почетным караулом. Через узкие, обрезанные землей оконца в помещение проникали тонкие полосы света, растекаясь под потолком неровными золотыми квадратами. Внизу царили полумрак и прохлада.