Книга Зажмурься и прыгай, страница 118 – Юлия Стешенко

— Ну, знаете… Люди редко всерьез собираются кого-то бросить. Просто в какой-то момент понимают, что больше не в силах тащить свою ношу, — Крыгоцкая замолчала, медленно покачивая ногой. Вдоль большого пальца капроновые колготки были аккуратно зашиты, и этот шов, обычно прикрытый туфлей, почему-то казался более откровенным, чем нижнее белье.

— Может быть, — не стал спорить Збышек. А чего спорить? Если ты что-то не можешь… ну, ты просто это не можешь. Трупы альпинистов в заснеженных горах тому подтверждение. Иногда даже максимальные усилия недостаточны. — Я не могу обещать, что останусь с Тадеком навсегда. Жизнь длинная, в ней случаются самые разные штуки. Но Тадек хороший парень. Я не хочу делать ему больно.

Крыгоцкая хмыкнула. Обтянутая бежевым капроном нога покачивалась вперед-назад, вперед-назад.

— Знаете… Мне ведь хочется все это остановить. Запретить вам общаться с Тадеком.

— Почему⁈ Я же сказал…

— Да, вы сказали. И вы, наверное, искренни. Вот только я все равно вам не верю. Общаться с таким ребенком тяжело. Очень тяжело. Пока что вы не устали, но позже… позже устанете обязательно. А я хорошо знаю, чем заканчивается такая усталость. Тем, что люди уходят, — в кривой улыбке Крыгоцкой мелькнула горькая злоба. — В жизни Тадека было слишком много потерь. Я хочу защитить его хотя бы от этой. Поэтому я попробую вас подкупить.

Если бы пани Крыгоцкая запрыгнула на кресло с ногами и закричала петухом, Збышек удивился бы меньше. Подкупить? Его? Пани Крыгоцкая⁈ Женщина, которая питается тушеной капустой, носит заштопанные колготки и угощает гостей цикорием вместо кофе. Собирается подкупить его. Збигнева Богуцкого.

— Простите… что? — осторожно переспросил Збышек.

— Я собираюсь вас подкупить, — уверенно и невозмутимо повторила Крыгоцкая. — Пан Богуцкий, вам ведь нужна работа?

— Ну… да, — признал очевидное Збышек. — Нужна.

Она что, собирается предложить ему почасовый тариф или вроде того?

Какой бред.

У Крыгоцкой и так денег в обрез. Та нищенская оплата, которую она может наскрести, оставит в семейном бюджете дыру размером с Влосское водохранилище. И совершенно ничем не поможет Збышеку.

— Отлично, — кивнула своим мыслям пани Крыгоцкая. — В нашей школе с скоро откроется спортивный лагерь. Ничего особенного — дети приходят утром, до обеда занимаются с тренером: зарядка, игры, конкурсы, всякая такая ерунда. Потом легкий перекус в столовой — и все расходятся по домам.

— Вы предлагаете мне должность помощника тренера? — сообразил наконец Збышек.

— Нет. Я предлагаю вам должность тренера. Оплата невысокая, но стабильная, официальное трудоустройство, все социальные гарантии, включая страховку и больничные. В перспективе можем помочь с поступлением в педагогический. Вы же провалили экзамены, правильно?

— С чего вы взяли? — Збышек так охренел от новостей, что даже забыл о вежливости.

— Вчерашний выпускник из очень небедной семьи… Да-да, я знаю, что вы приехали в город на «Хорьхе». Не обижайтесь, пожалуйста. Вы же общаетесь с моим сыном — конечно, я постаралась собрать информацию, — по лицу у Крыгоцкой мелькнула тень смущения. — Мальчик из состоятельной семьи вместо того, чтобы сдавать экзамены в престижный университет, почему-то приезжает в Солтыцк. Приезжает, как я уже сказала, на «Хорьхе». А потом внезапно пересаживается на «Вислу».