Книга Зажмурься и прыгай, страница 78 – Юлия Стешенко

«Збышек!», — многоголосьем взревел зал. И все завертелось.

Долговязый Марек, подпрыгнув, поймал мяч и повел, звонко ударяя в пол, остальные игроки побежали за ним, «Львы» устремились наперерез. Они сходились, расходились, по какой-то загадочной причине останавливались — и тогда кто-то один выходил к штрафной линии и швырял мяч в корзину. Вероятно, там были какие-то нарушения… но заметить их Яся не могла, как ни старалась.

В конце концов она отказалась от попыток понять и просто следила за броуновским движением игроков по площадке. Когда мяч оказывался у «Львов», Яся огорченно стонала в унисон с половиной зала, а когда переходил к «Рыцарям» — радостно вопила. Несколько раз, увлекшись, она закричала: «Го-о-ол!», но под озадаченным взглядом Неймана притихла. И в следующий раз ограничилась нейтральным «Ура».

Время от времени арбитр объявлял перерыв, и тогда команды расходились на свои половинки поля. Вытирали потные лица, пили воду, что-то обсуждали. Те игроки, которые привели в зал родственников, подбегали к вип-зоне, чтобы перекинуться парой слов, получали порцию похвалы и объятий и снова уносились прочь. Яся была уверена, что Богуцкий так бессмысленно терять время не станет. Все же Рузю он пригласил по необходимости, во избежание громкой ссоры, а они с Нейманом… Они просто гости. Даже не друзья. К кому тут подходить?

Но на втором перерыве Богуцкий тоже подбежал к площадке. Выглядел он при этом до странности смущенным — и причину этого смущения Яся понять не могла.

— Ну? Как вы тут? — спросил он, обернувшись не к сияющей Рузе, тут же камнем повисшей на шее, а к Нейману. И Ясе.

— Все хорошо, спасибо, — вежливо ответила она, смутно ощущая кошмарную неуместность такой реакции. И была совершенно права. Реакция оказалась не та, что нужно. Зато Нейман не подвел.

— Круто ты засадил трехочковый — без опоры, с разворота!

— О, ты заметил? — разулыбался Богуцкий. — Да, хороший получился бросок, я даже не ожидал. Сам горжусь.

— И Новака ты хорошо осадил, жестко мяч выбил.

— Ох да! Львы так в атаку поперли, что я офигел. Пришлось поднапрячься, чтобы тормознуть засранцев.

— Ты был самым лучшим! — сладко пропела Рузя, прижимаясь к потному плечу Богуцкого.

— Спасибо, золотце, — он небрежно погладил девушку по голове, словно котенка. — Ну так вот. Я, честно говоря, думал, что Анджей справится, расслабился — но этот придурок про… любил момент, пришлось бросаться грудью на амбразуру.

— Я не поняла, это когда было? Когда ты игрока на пол сбил? — не выдержала Яся. Спрашивать было страшновато — вряд ли Рузя упустит шанс подколоть ее баскетбольной неграмотностью. Но любопытство было сильнее.

— Что? Нет! — изумился Збышек. — Ты совсем не разбираешься, что ли?

Яся виновато помотала головой и сникла. Рузя, окинув ее длинным взглядом, ожидаемо скривила губы в брезгливой улыбке. Но промолчала — видимо, опасалась затевать свару с приятелями самого Богуцкого. Даже если он по какому-то странному капризу назначил на эту роль бессмысленных недотеп.

А Богуцкий внезапно склонился вперед, упершись локтями в барьер. Теперь его лицо было так близко, что Яся видела бледные веснушки, прозрачной россыпью золотящиеся на носу, и уже пробивающуюся после утреннего бритья щетину на подбородке.