Книга Баллада о неудачниках, страница 119 – Юлия Стешенко

Когда банда Кривого начала шуровать в лесу, я только на должность заступил. Опыта никакого, зато усердия — полные штаны. Ну и наивная вера в то, что этот гребаный мир можно сделать чуть лучше. Поэтому в дело я вцепился, как репей в собачий хвост. Тряс всех скупщиков краденого, до кого мог дотянуться, шерстил придорожные трактиры, прочесывал лес. И вышел в конце концов на след. Барыга-валлиец навел нас на схрон, получил от меня лично кошель монет и растворился в неизвестности. А мы стали ждать. Неделю я держал парней в засаде, не разрешая даже до ветру лишний раз отойти. И дождался. Дождался!

Когда Кривой явился, чтобы убрать в схрон нажие трудами неправедными золотишко, его встретили мы. Троих положили. Двоих взяли. Кривой, сука, ушел.

Теперь, получается, вернулся.

Такое вот гребаное счастье.

Я оглянулся на Вилл. Она ровно сидела ровно и неподвижно, внимательно отслеживая движения саксов.

Ну вот какого хрена кольца сдохли?

Почему я не попросил Вилл их поменять?!

Ну какого, мать твою, хрена??!!

Кривой медленно подошел поближе. Руки он держал на виду, подальше от рукояти меча. И улыбался — по-доброму так, миролюбиво. При четырех-то арбалетах чего не поулыбаться?

— Ну что, вот и свиделись, сэр Марк. Должок за вами.

— Не припоминаю, — как можно небрежнее пожал я плечами — так, словно совсем не боялся.

— Ну как же! Такой молодой, а память плохая, — Кривой огорченно зацокал, мотая кудлатой башкой. — Но это ничего, сэр Марк. Раз уж вы все подзабыли — я подскажу. Монет золотых и серебряных сундучок, парчи два тюка, холста беленого — пять. Три меча хорошей работы, цепи, кольца, серьги… — загибал пальцы Кривой. — Вот сколько всего в моем тайничке было. Большой убыток вы мне причинили, сэр Марк. Очень большой. Я годами трудился, не покладая рук, ночей недосыпал. И все прахом. Надо бы возместить.

Я презрительно молчал. Я был занят. Я пытался придумать, что делать.

Два арбалета по бокам. Два сзади. И поперек дороги семь человек с мечами и дрекольем. Господи, хоть бы Вилл догадалась тылы нам зачистить. А тех, что выстроились впереди, я сам с дороги смету. Правда, остаются еще два арбалетчика… Но не попадут же они оба сразу! Не могут попасть! Хотя бы один, но точно промажет! А второй… второй — хрен с ним, со вторым. Еще один болт в спину я как-нибудь переживу. Уже переживал — и сейчас не сдохну.

Я покосился на Вилл, пытаясь понять, о чем она думает. Чертова ведьма сидела, спокойно положив руки на луку седла — как будто происходящее ее не волновало.

— У вас, я гляжу, колечко золотое, — приблизился вплотную Кривой Гаррик. — Может, подарите колечко бедному виллану? В оплату долга.

Я сжал зубы. Был бы я один, я бы тебе подарил… Мечом поперек рожи. Как раз по старому шраму пошло бы. Не знаю, кто это дело начал — но я бы закончил. Все равно вы меня живым отпускать не собираетесь, так лучше сдохнуть в бою, а не в кустах с перерезанным горлом.

Вот только я был не один. Я был с Вилл. И Вилл, кажется, понятия не имела, что делать.

Медленно свинтив с пальца кольцо, я высоко подбросил его в ладони.

— Держи.

Кривой подошел, принял золото в руки. Лицо его было совсем рядом — я чувствовал смрад гнилых зубов, видел оспины на широком приплюснутом носу. Сейчас бы шарахнуть сапогом в морду — и вперед. Струсят, суки, рассыплются. Глядишь, и прорвался бы. Бог дураков любит. Но Вилл…