Книга Баллада о неудачниках, страница 174 – Юлия Стешенко

— Заткнись, — теплый рот прижался к моим губам. — И закрывай глаза. Ты когда последний раз спал?

— Позавчера. Кажется, — выдохнул я между поцелуями. Страсти уже не осталось — только внезапно навалившаяся мягкая сонная нега. — Прости. У меня первый раз такое. Богом клянусь.

— Заткнись, — прикусила меня за подбородок Вилл. — И спи.

Она подползла мне под бок, закинула на бедро здоровую ногу и жарко засопела в шею. Обреченно вздохнув, я ткнулся носом в лохматую макушку — и полетел в бездонную чернильную пропасть.

Снов я не видел.

Когда я проснулся, через щели в стенах били узкие лезвия солнечных лучей. Недовольно замычав, я перевернулся набок, подгребая под себя податливое женское тело, и вжался в него тем органом, который первым пробуждается у мужчин.

— Ага, — многозначительно сказала Вилл.

— Ага, — согласился я и потянул вверх ее рубашку.

Грудь у Вилл оказалась именно такая, как я представлял — маленькая, кругленькая, с розовыми ягодками сосков.

Отличная, в общем, грудь.

И я уделил ей должное внимание. По левому боку растекались чернильные нити шрамов, сплетаясь и разбегаясь, как ветви дерева. Вилл попыталась прикрыть их одеялом, но я решительно отпихнул душную тряпку. Кончиком языка я проследил одну изгибающуюся ветку, скользнул на вторую, потом на третью… Я медленно спускался по этому дереву вниз, а когда дошел до мягкой, шелковой кожи живота, Вилл захихикала.

— Эй! Щекотно!

— Естественно. Я же тебя щекочу.

— То есть, это деяние с умыслом?

— Ну ты ведь еще не забыла, кто здесь выигрывает в шахматы?

Я прикусил оплетенную черными нитями косточку внизу живота, и Вилл взвизгнула, брыкнув ногой. Лицо у нее раскраснелось, глаза пьяно блестели, покрасневшие и припухшие губы изогнулись в улыбке… Вилл была готова. Полностью и совершенно. Ну или я ничего не понимаю в готовности женщин.

А я, мать твою, понимаю.

Медленно, осторожно, я потянул с нее штаны.

— Денфорд, я не стеклян… Ай!

— Вот именно, — дотянувшись до жесткого одеяла, я свернул его в плотный комок и сунул Вилл под колено. — Так будет лучше.

— Иди сюда, — обхватила меня за шею Вилл.

— Иду.

Сидеть голым. На жухлом тюфяке. В затрапезном трактире. Это было ужасно странно.

С другой стороны — а почему бы не посидеть?

Вилл, изогнувшись ленивым плавным движением, вытянула поперек меня ноги.

— В некоторых ситуациях просто необходимо закурить.

— Что тебе необходимо?

— Закурить. Ужасно плохая вещь, ты никогда не должен так делать.

— Да? Очень интересно. Я обязательно попробую, — я проследил пальцем прихотливо извивающуюся по бедру чернильную линию, повторяя все разветвления и повороты.

— Вот. В этом весь Денфорд. Если нельзя, то обязательно сделаю. Ты что в Нортгемптоне устроил, паршивец?

— Я? Ничего. Просто выполнял свою работу.

— Ну да. Конечно. И почему же тогда ты ночуешь в ханыжке без гроша в кармане?

— Такая вот херовая работа. А ты? Какого дьявола ты творишь?

Ужасно хотелось повернуться и посмотреть на Вилл, но я упрямо продолжал очерчивать пальцем переплетения шрамов.

— А я к тебе с деловым предложением.

— Это с каким же?

— Женись на мне. И я протащу тебя через портал. Сейчас несколько новых проходов открыли, есть куча интересных вакансий. Подберем что-нибудь… на двоих.