Онлайн книга «Баллада о неудачниках»
|
Зевнув, я потер глаза и сел. Волосы на затылке торчали дыбом, шея была мокрой от пота и Колючкиных соплей — или чем она там меня обмазала. Я аккуратно вытерся, причесался пятерней и взял на руки Колючку, которая тут же полезла мне на плечо. Идеальный момент. Пусть Вилл видит, что я с ее дурацкой кошкой вожусь. Каждый божий день как проклятый! Зажмурившись, я повертел кольцо. — Вилл. Вилл… Нужно представить, что Вилл в соседней комнате. Нет, в кухне. Стоит у плиты. Я зову. Она не слышит, и я зову. Ничерта не получается. — Вилл… Ничерта. — Вилл! — не выдержав, гаркнул со всей дури я, перепугав насмерть Колючку. Темнота под веками качнулась, пошла мелкой рябью… И я увидел. Чужая реальность шарахнула меня, как лопатой по голове. Рев и грохот, алые кляксы огня, чьи-то крики… Я видел Вилл — а за ней разрушенное, осыпавшееся грудой кирпича здание. Вокруг метались люди, кто-то орал на земле в луже крови, и его перевязывали, или не перевязывали, или черт знает что. Вилл стояла, задрав лицо к небу и широко раскинув руки, над нею — и над всем этим безумным хаосом — мерцал зеленоватый полупрозрачный купол, по которому стекал жидкий огонь, а снаружи двигались огромные тени. Потом одна из них приблизилась, и сквозь мутную колеблющуюся зелень глянул желтый, лишенный век глаз. Здоровая, как замковые ворота, пасть распахнулась и плюнула огнем. Пленка купола дрогнула, Вилл шагнула назад, уперлась, оскалившись, толкнула что-то невидимое вверх движением. Прозрачный щит трясся, но удерживал реку огня. Орущего раненого забросили наконец на носилки и потащили куда-то за угол, Вилл повернулась и глянула на меня — перепачканная в саже, расхристанная, с грязными, слипшимися в сосульки волосами. — Сгинь! — рявкнула она, и меня пинком вышибло из чужой битвы. Теперь я снова видел неровно оштукатуренную стену, развороченный шкаф и рассыпанные по полу желуди. — Черт, — сказал я. — Черт. Черт. Черт. Просто охота. Это, мать твою, просто охота. Я постою сзади. Вот это называется «сзади»? Вот это, да?! Твою мать! Это сзади? Вот это?! Да это же гребаный, мать его, пиздец! Почему я поверил Вилл? Как меня вообще угораздило поверить женщине?! Только вернись, паршивка мелкая, я тебе собственными руками голову оторв,. Сзади она постоит! Ты у меня только стоять и будешь! Неделю на задницу не сядешь! Только вернись, и я… О боже, мать твою. Господи, твою мать. Только вернись. Сидеть было невозможно, и я заметался по комнате, пинками расшвыривая разбросанные по полу вещи. Я ничего не мог. Вообще ничего. Должен был сорваться и бежать, что-то делать, как-то помогать, она же хромая, она маленькая, она ростом мне по грудь, какой мудак ее туда поставил, кто ее туда вообще пустил, они идиоты все, что ли?! Но я нихрена не мог. Как же я ненавижу бессилие. Сука. Ненавижу. Так. Спокойно. Черт. Спокойно. Это Вилл. Она знает, что делает. Не надо лезть на стену. С драконом справилась — и с этим… с этими… с глазами… тоже справится. Вилл все умеет. Она не одна. Ей помогут. Конечно, помогут. А я… я… я должен не влезать под руку. Появится время — сама вызовет. Я должен проявить благоразумие. Спокойно. Спокойно. Я с трудом разжал кулаки. Белые лунки, продавленные в ладонях ногтями, стремительно наливались краснотой. |