Книга Крепостная с секретом. Стиральный переворот, страница 76 – Александра Каплунова

— Никого нет, час-то ранний. Ключи приказчик выдал, — он достал из кармана связку. — Мы с тобой первей установим, опосля уж и прачки придут, проверять будем.

Кивнув, я помогла снять рогожку. Наша отжимная машина предстала во всей красе — два валика из твердого дерева, обтянутых плотно, рукоять для вращения, механизм, чтобы двигалось все слаженно. Все это крепилось на крепкой деревянной станине.

Гаврила отпер дверь и вкатил тележку внутрь. Тут уж я огляделась, прикидывая, куда б ее половчее поставить.

— Давай вон там, — указала на свободный угол рядом с деревянной лавкой, где обычно складывали выжатое белье. — Чтоб сподручнее было.

Гаврила кивнул, и мы приступили к установке. Работа споро пошла. Я держала, направляла, а он крепил и подкручивал.

Гаврила все пыхтел себе под нос. Видно было, как ему не нравится то, что мы тут делаем. Да того распыхтелся, что я-таки не сдержалась:

— Ну что ты все вздыхаешь?

Он на меня взгляд поднял, свой этот фирменно-тяжелый, “хмф” выдал и все ж ответил:

— Да вот жили прачки без этаких нововведений, работали. А тут мы им такую приблуду водрузили.

Я аж фыркнула и хмыкнула разом. Он не просто меня за шпионку Шаховского принимает, так еще и самих моих изобретений не понимает. Спрашивается, а чего тогда перед барином голову мою светлую нахваливал?

— Гаврила, ты вот кузнец, — начала я терпеливо, — тебе легко говорить. У тебя руки сильные, они для такой работы созданы. А у баб прачечных? Видал, какие мозоли да трещины на руках? А спины как болят эти тяжести таскать. Поди выкрути покрывало с барского дивана! Его и в четыре руки поднять тяжко.

Он нахмурился шибче, но промолчал.

— А вот эта штука, — я погладила выжималку, — поможет и белье быстрее выжать, да куда суше, и женщинам здешним труд облегчить. Чем плохо?

— А чем хорошо, что баб без работы оставишь? — возразил он. — Ежели эта твоя машина сама все делать станет, прачек меньше понадобится.

Вот казалось мне, что он на моей стороне, а как теперь зароптал, так глаза и открылись. Я аж рот приоткрыла от удивления.

— Не оставлю я никого без работы, — настояла я уверенно. — Просто у прачек будет время и на другие дела. Может, они больше белья постирают. Или лучше его вываривать станут да выбеливать. Или на другое что сил хватит.

— Все-то у тебя просто, — головой покачал. — А я видал уж, как одни меньшие перемены, к другим, большим, приводят. И не всегда сие благо.

Я хотела его уверить, что прослежу, чтобы моя машина именно что на благо сработала, но тут дверь прачечной распахнулась и на пороге появилась сама старшая, Мартена Кузьминична.

Ну что ж… Здравствуйте.

Старшая остановилась в дверях. Лицо ее сперва показалось растерянным, видать не ждала, что дверь открытая, да еще и мы тут. А после как подобралась, как насупилась. Лицо ее строгое приобрело деловитое выражение.

— Это что здесь такое? — грозно вопросила она. — Что еще за диковина? И почему в прачечной моей кузнец орудует?

Я стойко выдержала ее первую атаку. Матрена женщиной была громкой, угрожающей, но ее натура мне уже стала понятна. Подмечала я и как она прачек меж работой распределяет, и как подсказывает как чего сподручнее. И как щелок разводит сама, чтобы ровно в той пропорции, что и белье отстирывает и руки до кости не разъест. И кипяток завсегда имелся, чтобы не в ледяной водице стирали. Так что может она и грозной была с виду, но о работницах под своим началом заботилась, как умела.