Книга В пирогах Счастье, страница 96 – Александра Каплунова

— Да ну где она, в конце-то концов?!

— Нина! – гаркнул и за плечи меня схватил. К себе лицом повернул, в глаза уставился. – Ты чего завелась с утра пораньше?

А я стою, очами своими хлопаю, а сама дышу, как загнанная лошадь. И чего, в самом-то деле? Все ведь по плану идет?

— Так, выдыхай давай.

Я послушно воздух из груди выпустила. Сдулась вся, как мячик перекаченный.

— Вот так, – он усмехнулся. В глазах веселость заискрилась. – Все хорошо будет, не переживай.

Я кивнула, стараясь проникнуться его словами. Тут вдруг Вилен меня к себе спиной повернул и принялся мне волосы перебирать. Я через плечо на него посмотреть дернулась, а он обратно развернул.

— Стой, не вертись.

И только тут дошло до меня – косу мне заплетает. А лента-то у него в руках.

Тут уже и у меня на лице улыбка расцвела, а на душе совсем спокойно сделалось.

— Спасибо.

— Беспокойное хозяйство…

Мы спустились на кухню. Дульсинея уже тоже тут была, у плиты хлопотала с чайником да яйца взбивала на омлет, как я ее учила. Боди тоже уже тут был – помогал. Он-то, похоже, раньше всех встал, уже и в приют сбегать успел.

— Все хорошо? – спросила я у него, мимо проходя, по плечу погладила.

— Угу, – он как-то глаза прятал, смущался, наверное. Я уж при посторонних цепляться не стала.

— Как спалось? – а вот Вилен все же решил спросить. И посмеивается еще, но по доброму.

— Хорошо, – Боди пробурчал, но видно было, что улыбку прячет. Вот и славно.

— Ну, хозяева, – Роло с чашкой взвара уже за столом сидел. – Совсем обессилили, что даже заспались?

А сам ухмыляется.

— Хотя молодоженам-то положено… – и на нас с Виленом косится.

— Ты давай мне жену не смущай, – вступился Вилен.

— Да ее, пожалуй, смутишь, – хмыкнул печник, а я в ответ фыркнула. Да, правда была в его словах. Пусть себе подначивает. Роло-то беззлобно это делал, а мне не жалко.

Когда все позавтракали, занялись своими делами. Я засобиралась на выход.

— Ты на площадь хотела, да? – уточнил Вилен между делом, он вместе с печниками начинал печь растапливать. Нужно было в последний раз убедиться, что тяга хорошая, нигде ничего не пропускает лишнего, а заслонки как надо работают.

— Да, – кивнула, – надо пару новых девчонок найти. Помнишь, я говорила?

Вилен махнул рукой, будто командир батальона:

— Ну и отлично, решай, я к полудню закончу с печниками. Потом встречаемся и к писцу же? Смотри не опаздывай.

— Не опаздывай сам, – с усмешкой парировала я, выходя из кухни.

Почему-то ощущение появилось, что вчерашним вечером что-то переменилось между нами. И не только из-за поцелуя, но и потому, что поддержал он меня во всех идеях. А может, так и прежде было, просто я не замечала.

В голове вдруг зазвенел его вчерашний вопрос "Можно поцеловать?", и странно, но у этого воспоминания не было ни стыда, ни страха, только легкая улыбка.

И хорошо, что грань не перешли… Ну, относительно, конечно. Но выдержка у Вилена – что надо. Но сейчас бы это точно ни к чему, прав он был. Я и так сама не своя в последнее время, а тут бы только усугубили.

В мыслях своих миновала пару улочек и вышла уже к площади. Та по обыкновению жила своей жизнью. Пахло травами, свежей рыбкой и специями, из лавок доносились голоса. Я остановилась возле ограды, огляделась.

Уже давно у меня мысли имелись на сей счет. И вот пришла пора их воплотить. Собравшись, подошла к знакомой булошнице. Она дома пирожки пекла и по утрам с лотка продавала. Тот висел у нее на поясе и уже почти пустой был.