Книга Злодейка для генерала драконов, или Развод (не) гарантирован, страница 95 – Любовь Песцова

Кивнув своим охранникам, чтобы не следовали за мной, я подкралась почти вплотную.

— Тебе не говорили, что подглядывать нехорошо.

Террин подпрыгнул, а когда понял, что это я, посмотрел с легкой обидой.

— А зачем вы подкрадываетесь, Ваше Величество? — Шмыгнул он носом.

— Разговор есть, — сказала я. — Пойдем, поговорим. Заодно кухню ограбим.

* * *

По итогу разговора я могла выделить как плюсы, так и минусы.

Террин давно знал, что «добрая, но слегка сумасшедшая» королева строит какой-то дом сирот вроде него. Правда не подозревал, что я дело до конца доведу. Но все же об этом своим собратьям по несчастью говорил.

По его словам, есть дети, которые добровольно придут, не побоявшись, что их в дом терпимости продадут.

Но все же многие посчитают это блажью. А еще больше просто не захотят менять свою жизнь. Городское дно затягивает не хуже трясины, и выбраться из него почти невозможно.

Многие сироты были задействованы в криминальных схемах. И попробуй скажи старшим, что завязал и теперь у тебя другая жизнь. Быстро окажешься с ножом в ребрах.

А ведь есть те, кого кривая дорожка вполне устраивает. Те, кто уже попробовал вкус крови и не хочет жить по-другому.

Что делать с такими я не знала. Колонию для несовершеннолетних открывать? А не слишком ли много я на себя повесить собираюсь?

— Ну, ежели я скажу, что взаправду все, то пойдут. Младших особенно хорошо будет пристроить. Те, кому до пяти лет. Зиму благодаря вам пережили, — сказал он, спрятав глаза. — Ну, в смысле…

— Я знаю, что ты с кухни продукты таскаешь, — ответила я, улыбнувшись. — Лично на это разрешение выдала.

Таскал, причем в приличных размерах. Я не возражала. Не обеднеет королевский дворец из-за того, что с кухни то пакет муки пропадет, то палка колбасы, то дюжина яиц.

— Так вы знали, — расстроился Террин.

— Конечно. Я ведь королева. Я все про всех знаю, — протянула я, напустив немного потусторонних завываний в голос. — В общем, я тебя поняла. И считаю, что все не так плохо. Поначалу хватит и тех, кто не побоится мне довериться. Когда поймут, что я никого в рабство продавать не собираюсь, сами придут. В общем, можешь готовиться к переезду.

— Я? А чего я-то?

— В смысле? — Не поняла я.

— Я ж теперь не нищета подзаборная. На конюшне свой угол есть.

Очень сильно захотелось побиться головой о стену. Да, другой мир, другие времена, и зачастую дети даже не понимают, что здесь что-то неправильно. Но у меня каждый раз сердце кровью обливается.

— Террин, конюшня — это не дом.

— А чего нет? Тепло, солома свежая, мягкая. Да я в жизни так сладко не спал.

Очень захотелось прижать его к себе, погладить по голове, накормить, а заодно сразу выделить личные покои в королевском дворце.

Нельзя. Не поймут. Не принято здесь подобное.

— Там еще лучше будет, — сказала я, сглотнув ком в горле.

— Не, — протянул он. — Не хочу. Тут я нужнее.

Сказал и бросил быстрый взгляд в сторону плаца, возле которого я его и нашла.

— Это кому? В солдаты решил податься что ли?

— А ежели и так? Чем плохо?

— Ничем.

Кроме того, что он титулом для высоких званий не вышел. Будет всю жизнь в роле пушечного мяса прозябать. И, скорее всего, жизнь эта будет короткой.

— И я даже знаю, с кого ты пример собрался брать. На Эйнара насмотрелся?

— Он такой крутой! — Воодушевленно заявил Террин. — Его все-все слушаются. И уважают. Как зайдет, все по струнке вытягиваются.