Книга Ненужная жена ледяного генерала, страница 40 – Юлий Люцифер

За плечом Сайрена — Лаувен. Широкий, уверенный, почти отеческий.— По рубежному договору, — читал Хайр, — дом Невант отдает теплый узел крепости Карн-Эйд, а дом Вольт-Рейн принимает его для усиления внутреннего щита…— Отдает? — сказала я.Сайрен напрягся.Видение дрогнуло.Слово “отдает” треснуло в воздухе, как тонкий лед.И под ним проступило другое.Не голосом Хайра. Голосом самой башни.“Соединяет”.Зал изменился.Хайр снова читал, но теперь я слышала две версии одновременно: ту, что произнесли вслух, и ту, что была записана в настоящей клятве.“Дом Невант соединяет теплый узел с крепостью Карн-Эйд, не отчуждая его от имени Лиоры Невант…”Я почувствовала, как пальцы Сайрена сжались вокруг моих.Не больно.Невольно.— Мне читали “отдает”, — произнес он.— А было “соединяет”.— Да.На лице молодого Сайрена в видении не дрогнул ни один мускул. Он слышал то, что произносил Хайр, и не знал, что в этот же миг настоящая формула меняется под словами.Прежняя Лиора подняла глаза.Она знала.Или чувствовала.Ее пальцы на чаше с водой чуть побелели.Лаувен наклонился к молодому Сайрену и сказал тихо, но башня дала услышать:— Не отвлекайтесь на старые слова. Главное — чтобы узел вошел в щит.Молодой Сайрен едва заметно кивнул.Я почувствовала, как рядом настоящий Сайрен стал совсем неподвижным.— Я кивнул, — сказал он.— Да.— Я даже не спросил, что именно он назвал старыми словами.Я ничего не ответила.Он сам услышал это лучше любых обвинений.Видение пошло дальше.Хайр вел обряд. Лиора повторяла слова, но на каждом важном месте голос будто становился тише, а поверх него ложился чужой холодный шепот. “Равнодержательница” превращалась в “домашний якорь”. “Право возвращения” — в “обязанность поддержки”. “Свидетельство жены” — в “согласие главы крепости”.Слово за словом ее власть уменьшали прямо во время свадьбы.Не потом.Не в документах.С первого дня.Прежняя Лиора побледнела, но не прервала обряд. Может, не могла. Может, боялась. Может, надеялась, что потом скажет мужу, и он услышит.Я посмотрела на настоящего Сайрена.Он смотрел только на нее.На прежнюю Лиору.Не на меня.На женщину, которую когда-то не увидел в нескольких шагах от себя.— Почему она молчала? — спросил он тихо.— Вы правда спрашиваете меня?Он закрыл глаза.— Нет.Видение изменилось.Теперь свадебный зал исчез. Мы стояли у ворот. Молодая Лиора после обряда приложила ладонь к серебряным буквам своего имени. Ворота отозвались теплым светом. Не ярким, но чистым. Вокруг никто не заметил, потому что в этот миг Лаувен специально шагнул между ней и залом, закрывая ее от взглядов.Только один человек видел.Маленький мальчик-посыльный у стены.Он улыбнулся Лиоре.Она тоже едва заметно улыбнулась.Потом рядом появился Сайрен.— Обряд завершен, — сказал он.Молодая Лиора повернулась к нему.— Вы знаете, что значит держать возвращение?Он посмотрел на нее с легким непониманием.— Совет объяснит вам обязанности.— Я спрашиваю не совет.Молодой Сайрен замолчал.В его лице мелькнуло раздражение. Не злое, нет. Но привычное: невеста задает вопрос не по времени, не по месту, не о том.— Сейчас не время для старых формул.Она опустила глаза.Вот так.Возможно, тогда все и началось.Не с ненависти. Не с жестокости.С фразы “сейчас не время”.

Видение погасло.Мы снова были на лестнице.Сайрен отпустил мою руку.Нет — попытался отпустить.Башня тут же потемнела.Он снова взял ее.— Прости, — сказал он.Я не сразу поняла, что слово обращено ко мне.— За что именно?Он посмотрел прямо.— За то, что тогда не спросил. За то, что потом не спрашивал. За то, что позволил другим объяснять мне мой же брак.Простые слова.Не красивые.Не достаточные.Но настоящие.Где-то внутри меня шевельнулось что-то опасно мягкое, и я тут же закрыла это злостью.— Я не та Лиора, которой вы должны это сказать.Он не отвел взгляда.— Я знаю.— Не знаете.— Знаю достаточно, чтобы понимать: прежней Лиоре я уже не скажу. Но перед тобой последствия стоят живыми.Это было слишком точно.Я отвернулась первой.— Идемте дальше.Мы поднялись еще выше.На следующей площадке башня показала другой день.Возвратный двор.Тот самый, который мы нашли. Молодая Лиора стояла у чаши, Сайрен — рядом, раненый, с перевязанным плечом. Он был бледен, упрям, зол от собственного бессилия. За аркой слышались голоса: говорили о левом обозе, о потерянных людях, о невозможности открыть щит.— Если открыть путь, мертвый шквал войдет за ними, — сказал молодой Сайрен.— Если не открыть, они погибнут в ста шагах от дома.— По расчету они уже потеряны.— По моему имени — нет.Он резко посмотрел на нее.— Что это значит?Лиора подняла чашу с водой.— То, что вы не захотели услышать на свадьбе.Настоящий Сайрен рядом со мной вздрогнул.Видение продолжалось.— Не время, — сказал молодой Сайрен.Опять.Лиора усмехнулась. Тихо, почти горько.— У вас всегда не время, когда я говорю не как украшение зала.Он помрачнел.— Я не называл вас украшением.— Нет. Вы просто позволяете другим обращаться со мной так, будто я хуже украшения. Украшение хотя бы берегут.Эта прежняя Лиора была не такой тихой, как ее запомнили.Ее сделали тихой позже.Или записали такой, потому что живая она была слишком неудобной.Молодой Сайрен смотрел на нее, будто впервые видел. Но за аркой уже кричали офицеры. Время действительно уходило.— Что тебе нужно? — спросил он.— Ваше имя напротив моего.— Для чего?— Чтобы башня приняла, что я спорю с вашим льдом не против вас, а вместе с вами.Он колебался.Не из доверия. Из расчета.Но все же снял перчатку и положил руку на край чаши напротив ее ладони.Вода вспыхнула.Лиора произнесла клятву.Полную.Ту, которую мы нашли в пластине, но теперь она звучала живым голосом:— Пока мое имя стоит в воротах, я держу право возвращения. Пока вода помнит ладонь, лед не смеет считать живых потерянными без моего свидетельства. Пока сердце крепости дышит, всякий приказ, закрывающий путь своим, должен быть услышан мною. Я, Лиора Невант, равнодержательница Карн-Эйда, принимаю не славу победы, а долг вернуть тех, кого еще можно вернуть.— И я, Сайрен Вольт-Рейн, — вдруг сказал молодой Сайрен.Прежняя Лиора подняла глаза.Он продолжил, глядя на воду, а не на нее:— Принимаю свидетельство возвращения как равное военному расчету, пока крепость стоит и мои люди зовут дом.Вода поднялась светом.Башня вокруг нас дрогнула.Настоящий Сайрен побледнел.— Я это сказал.— Да.— Я забыл.— Вам помогли забыть.— Это не снимает вины.Я посмотрела на него.— Нет.— Я знаю.Видение показало, как открывается старый переход.