Книга Ненужная жена ледяного генерала, страница 5 – Юлий Люцифер

Под него можно списать почти все, что вам не понравится.— Я говорю как лекарка.— А я слушаю как женщина, которую вы пятнадцать минут назад пытались объявить пустым местом.Веста не повысила голоса.— Никто не называл вас пустым местом.Я посмотрела на Сайрена.— Нет, конечно. Меня назвали бесполезной связью. Это гораздо уважительнее.Он не отвел взгляда, но и не ответил.На площади уводили людей. Плачущую женщину поддерживали под локти две служанки. Она шла, оступаясь, и все повторяла:— У него на щеке родинка… нет… или не было? Господи, как я могла забыть…Рядом молодой солдат пытался что-то сказать командиру, но вдруг растерянно оглянулся.— Господин сотник, а где северный проход?Сотник побледнел.— Ты нес караул у него три года.— Да, господин. Я помню караул. Помню мороз. Помню, что стоял. Но где проход… не вижу в голове.Сайрен услышал.В его лице что-то дрогнуло.— Имя? — спросил он резко.Солдат выпрямился.— Тарн Олив, третий щитовой ряд.— Кто твоя мать?Солдат открыл рот.И молчал.Слишком долго.На площади стало холоднее.— Я… — Тарн моргнул. — Я знаю, что писал ей. Каждую вторую неделю. У нее больная рука. Она печет темный хлеб. Она… — Он побледнел еще сильнее. — Я не помню, как ее зовут.Веста шагнула к нему.— Это паническая реакция. После сильных магических всплесков память часто…— Не надо, — сказал Сайрен.Всего два слова.Мягкая улыбка Весты не исчезла, но застыла.— Я могу помочь.— Позже.Она чуть склонила голову.— Как прикажете.Сказано было покорно. Почти нежно. Но в ее глазах на миг мелькнула обида — не женская, не ревнивая, а холодная досада человека, у которого попытались забрать право объяснять происходящее.Сайрен повернулся ко мне.— Внутрь.— Куда?— В малый зал.— Зачем?— Ты ответишь на вопросы.Я тихо рассмеялась. Не потому что было смешно. Просто иначе пришлось бы сказать ему что-нибудь слишком резкое.— Ваша крепость назвала меня госпожой, а вы все еще разговариваете со мной как с преступницей.— Моя крепость только что едва не сорвала обряд, вызвала провалы памяти у гарнизона и открыла ворота без приказа.— Ваша?Он замолчал.Я увидела, как это слово попало точно под броню. До сегодняшнего дня Карн-Эйд, видимо, действительно был его крепостью. Его стенами. Его приказами. Его ледяными щитами.А теперь ворота назвали не его.— Ты ничего не понимаешь в том, с чем столкнулась, — сказал он глухо.— Возможно. Но я хотя бы не делаю вид, что понимаю все.Сайрен сделал шаг ближе.Он был выше меня почти на голову. Холод от его мундира касался лица, но я не отступила. Пусть привыкает.— Лиора, это не игра.— А похоже, я веселюсь?— Если ты знаешь, что произошло…— Я не знаю.— Тогда почему ворота отозвались тебе?— Может, потому что вы все слишком долго спрашивали не у тех.Его глаза сузились.— Ты изменилась.Вот оно.Опасная земля.Слишком резкая перемена в поведении. Чужая женщина в чужом теле. Мир, где магия и законы, о которых я не знаю ничего. Одно неверное слово — и Веста с удовольствием найдет мне диагноз, совет даст печать, а Сайрен решит, что меня нужно не развести, а запереть.Я заставила себя дышать ровнее.— Развод иногда освежает характер.Один из молодых стражников за моей спиной подавился воздухом.

Кажется, хотел скрыть смешок и не смог.Сайрен бросил на него взгляд, и тот мгновенно окаменел.— В малый зал, — повторил генерал.— Нет.На этот раз молчание стало совсем плотным.Старик с посохом уставился на меня так, будто я оскорбила не человека, а весь северный порядок сразу.— Госпожа Невант, — процедил он. — Вы находитесь в крепости, подчиненной военному закону.— А еще, если я правильно услышала, я госпожа северных ворот.Сайрен резко вдохнул.Веста, стоявшая сбоку, опустила ресницы.Старик побелел.Я не знала, сколько власти дает это звание. Может, никакой. Может, меня через минуту все равно утащат в малый зал и будут допрашивать. Но сейчас они сами не знали, что со мной делать. И это было моей единственной защитой.— Я отвечу на вопросы, — сказала я. — Но не как задержанная. И не под присмотром лекарки, которая уже решила, чем объяснит любое мое слово.Веста подняла на меня глаза.— Вы несправедливы.— Возможно. Неприятно, правда?Сайрен смотрел на меня долго. Потом повернулся к старшему советнику.— Малый зал. Без служителей печатей. Только я, госпожа Невант, лорд Хайр, госпожа Роннель и два свидетеля совета.— Генерал, — резко сказала Веста, — если у нее нестабильный теплый узел, я должна присутствовать.Я усмехнулась:— Вот видите? Уже “нестабильный”, а час назад его будто бы не было.Сайрен поднял руку, и Веста замолчала.— Вы будете присутствовать, — сказал он. — Но без зелий и касаний, пока я не разрешу.— Пока вы не разрешите? — спросила я.Он посмотрел на меня.Я посмотрела в ответ.Секунда. Другая.— Пока ты не согласишься, — исправил он жестко.Очень маленькая победа.Но на этой площади, где меня только что снимали с ворот как старую табличку, даже такая мелочь значила многое.Нас повели внутрь крепости.Карн-Эйд оказался еще мрачнее изнутри, чем снаружи. Высокие коридоры, черный камень, белые прожилки в стенах, узкие окна, через которые просачивался зимний свет. На поворотах стояли железные чаши с голубым ледяным пламенем. Оно освещало лица, но не грело.Я шла между Сайреном и двумя стражниками, хотя формально меня уже не вели под конвоем. Веста держалась на шаг позади генерала, как человек, которому не нужно доказывать свое место. Она и так уверена, что все дороги в этой крепости рано или поздно приведут к ней.Мне пришлось идти спокойно, хотя внутри все дрожало.Не от страха даже.От чужих обрывков памяти.Каждый коридор отзывался. Не голосом. Намеки, следы, ощущения. У той лестницы кто-то когда-то ждал письма и не дождался. У ниши с ледяным пламенем мальчик прятал деревянную фигурку зверя. На стене рядом с узким окном был след от ладони — женской, маленькой. Я не видела его глазами, но знала, что он там есть, под слоем холода и приказов.Крепость была набита памятью.И эта память портилась.Как ткань, которую долго держали в сырости.У поворота молодая служанка несла поднос с пустыми чашками. Увидев Сайрена, она поспешно присела, но поднос качнулся, одна чашка упала и разбилась.— Простите, ваша светлость! Я… я сейчас…Она наклонилась за осколками, потом вдруг застыла.— Где кухня? — прошептала она.Стражник рядом с ней нахмурился.— Что?Служанка подняла испуганное лицо.— Я несла… я знаю, что несла это из кухни. Но куда возвращаться?