Книга Ненужная жена ледяного генерала, страница 8 – Юлий Люцифер

Глава 3. Седьмая башня молчит не для всех

Темнота в комнате была неправильной.Не ночной, не уютной, не той, что ложится на стены после заката и постепенно смягчает углы. Эта темнота пришла резко, как приказ. Ледяное пламя в камине погасло без дыма, без треска, без последнего синего язычка. Просто исчезло, будто кто-то стер его с воздуха.Я стояла у шкафа, прижимая ладонь к корсажу, под которым лежала записка прежней Лиоры.“Не дай им снять твое имя с седьмой башни”.И почти сразу после этого — шепот.Седьмая башня помнит не всех. Только тех, кого еще можно вернуть.Голос был не мужской и не женский. Не старый, не молодой. Он звучал так, как могла бы звучать закрытая дверь, если бы умела предупреждать.— Кто здесь? — спросила я тихо.Ответа не было.За дверью кто-то прошел. Шаги удалились по коридору. Стражник, поставленный охранять меня, не поднял тревоги. Значит, или он ничего не слышал, или его уже не было на месте.Прекрасно.Чужая крепость, чужое тело, муж, который утром пытался снять мое имя с ворот, мягкая соперница с лекарскими настойками, совет, способный объявить меня нестабильной, и теперь еще голоса в темноте.Я закрыла глаза на один вдох.Паниковать потом.Сначала — проверить дверь.Я подошла к ней осторожно, стараясь не задеть подолом кресло. В темноте комната стала иной: не спальней, а ловушкой, где каждая вещь будто ждала, когда я совершу ошибку. Дверная ручка оказалась холодной. Я повернула ее.Не заперто.За порогом коридор был пуст.Факелы с голубым ледяным огнем горели в нишах, но странно тускло, как если бы крепость не хотела, чтобы свет добрался до моего крыла полностью. На полу лежала тонкая полоса инея, ведущая от моей двери налево.Куда-то вглубь.Я выглянула.Стражника не было.Еще утром это показалось бы удачей. Теперь — плохим знаком.— Эй, — негромко позвала я.Тишина.Не просто отсутствие ответа. В коридоре не было обычных звуков большого дома: шагов, далекого стука посуды, скрипа дверей, человеческого дыхания за стенами. Крыло будто вырезали из крепости и оставили отдельно.Я могла вернуться в комнату, закрыть дверь и ждать утра.Разумный выбор.Но в этом мире разумный выбор для Лиоры Невант уже однажды закончился белым платьем у ворот.Я вытащила из шкафа темную накидку, накинула на плечи и спрятала записку глубже за край корсажа. Потом сняла с пальца тонкую ледяную пластину, похожую на брачную печать.Вернее, попыталась снять.Пластина не сдвинулась.Она сидела в коже так, будто была не украшением, а частью тела. От прикосновения к ней по пальцам пошел холод.— Хорошо, — прошептала я. — Значит, идем вместе.И вышла.Иней на полу вел к лестнице.Я шла медленно, считая повороты. Первый коридор — семь дверей. Второй — окно с трещиной в левом нижнем углу. Узкая лестница вниз, затем короткий переход с гобеленом, на котором кто-то когда-то вышил белого зверя, но теперь нитки расползлись, и зверь походил на пятно.Запоминать путь было почти физической необходимостью.Карн-Эйд не вызывал доверия.В какой-то момент я поняла, что иду не к главному коридору, а глубже в старую часть крепости. Камень здесь был темнее, свет — слабее, воздух — холоднее. На стенах попадались знаки семи башен: возвращение, ожидание, верность, скорбь, долг, имя и дом. Я не знала их названий, но знала смысл.