Книга Леди Изо Льда. Истинная ледяного дракона, страница 60 – Марго Арнелл

— Да, — прошептала я.

Мы помолчали, глядя на кажущийся вечным круговорот снежинок.

— Замок всегда окружен льдом и снегом, — заметила я. — Это из-за того, что вы находитесь здесь?

— Стены замка зачарованы. Они впитывают энергию зимы, когда она приходит в Бригантию, и сохраняют ее, чтобы дать нам, Драганам, силу защищать свой народ.

— Выходит, вы черпаете силу из многих источников?

— Именно так.

По обычно бесстрастному лицу короля скользнула тень. Словно желая скрыть это от меня, он отвернулся. Я нахмурилась. Что он скрывал?

Желая нарушить возникшую между нами тишину, я спросила:

— Ваше Величество. Я хотела спросить… как вы впервые ощутили в себе силу стихии?

Лливелин, помедлив, повернулся ко мне. Его глаза заблестели, словно два ледяных осколка под солнечными лучами.

— Это случилось давно, когда я был еще совсем ребенком. И совпало с тем днем, когда во мне пробудилась сила ледяного дракона.

— Наверное, это было неизбежно, ведь мощь дракона переплетена в вас с ледяным даром? — предположила я.

Король с усилием кивнул. И все же… Дело ли в связи между нами, в пресловутых узах истинности, которые сковали отчего-то лишь меня одну, или в неком проблеске шестого чувства, но я отчетливо ощущала: что-то терзает Лливелина. Что-то, в чем он не был готов мне признаться.

— Во время суровой зимней бури, я, испуганный и замерзший, случайно коснулся старой ледяной скульптуры в саду. И вдруг почувствовал себя частью этого холода, этой зимы… Осознал, что снег и лед — это часть меня. Это было похоже на внезапное пробуждение. В тот же миг мое тело как будто объяло морозом, и оно… начало меняться. Кости вытягивались, а кожа покрывалась ледяной чешуей.

— Это, должно быть, очень больно?

— Поначалу так и было, — признался Лливелин. — Но в какой-то момент я перестал ее ощущать. К тому же… Я был поглощен этим пугающим, но по-своему захватывающим явлением. И ощущением, что древняя сила, дремавшая во мне, наконец прорвалась наружу. Мои руки — тогда еще тонкие, едва-едва научившиеся держать в руках деревянный меч, превратились в огромные лапы, оканчивающиеся ледяными когтями. За спиной выросли мощные крылья. Но, каким бы впечатляющим ни было мое перевоплощение, еще большие метаморфозы произошли с моим разумом. Он словно переключился на другую волну… и я начал понимать язык ветра и холода.

— Невероятно, — прошептала я.

На губах Лливелина появилось слабое подобие улыбки. Льдистые глаза заволокло дымкой воспоминаний.

— Так и было. Именно так. Ужасно, пугающе и… волшебно. На моих глазах и внутри меня происходило рождение нового существа. И в то же время — возвращение к моей истинной природе. После этого я и впрямь словно научился понимать язык стихии. Я мог ощущать, как дует ветер, как падает снег, как замерзает вода.

— Это то, чему учит меня сейчас мастер Гавин, — проронила я, вновь поднимая взгляд на опадающие белыми листьями снежинки. — И я хочу это почувствовать. Хочу стать частью стихии.

— Я уверен, у тебя получится, — убежденно сказал Лливелин. — Ты особенная, Изольда. В тебе есть необыкновенная сила… И я говорю не только о даре Калиах.

Слова короля и ледяного дракона удивительным образом согрели меня изнутри. И метка на моем плече зажглась снова.

— Позволь мне показать тебе кое-что. Ты… позволишь?