Книга Госпожа проводница эфира, страница 105 – Милена Завойчинская

— Надо качать пресс, — заявила я ему.

— Надо, — согласился Этьен, заглянув мне снизу вверх в глаза. — Ты ведь мне поможешь восстановить форму?

— Я могу позаниматься с тобой йогой.

— Собака мордой вниз? — расплылся он в лукавой улыбке.

— И это тоже.

— А давай еще кошечку? У тебя такая аппетитная попка, когда ты...

Я не дала ему договорить, свободной рукой отвесила невесомый подзатыльник.

— Не пошли́!

— И в мыслях не было! — воскликнул он, сверкая глазами. — Ты такая аппетитная! Съел бы!

— Кстати о завтраке! — перевела я тему и освободила свою руку из плена. — Кто хочет есть?

— Я! Ты меня покормишь?

Ориэль закатил глаза и покачал головой. Малыш цейлин не одобрял пошловатую и неугомонную натуру Этьена. Феликсу было все равно. По-моему, филиура вообще ничего не злило и не раздражало. Он никогда не проявлял эмоций. Даже того вторгшегося в отель пирата он уничтожил тихо и спокойно. Словно таракана. Был таракан — и нет таракана. Был пират — и нет пирата.

Вот и сейчас он никак не реагировал на бурный флирт духа перемен.

— Нет, не покормлю. Во-первых, у тебя уже прекрасно работают конечности и язык. Последний вообще без костей. Во-вторых, тебе надо двигаться. Предлагаю всем переместиться за стол и позавтракать нормально. Ориэль, ему можно?

— Не-не-не! Солнышко мое огненное, я совсем слабенький. Смотри, какие ручки вялые, — изобразил Рауль вялость рук. Угу... — Ты непременно должна меня покормить. И поцеловать! Иначе я совсем не выздоровею.

— Бедненький, — цокнула я языком. — То есть ты не сможешь встать с постели, посидеть со мной рядом за столом и составить мне компанию за завтраком? А потом не сможешь позаниматься йогой?

— Почему не смогу?!

— Ну, у тебя даже руки не поднимаются. Какая уж тут йога? Лежи, отдыхай. Ориэль, ты его снова усыпишь, да? Жалко, конечно. Я думала, что ему сегодня значительно лучше, хотела принести свой ноутбук, фильм включить какой-нибудь.

— Шантажистка! — надулся, поджав губы, Этьен. — Бессовестная, но невероятно очаровательная шантажистка! Вот если бы я тебя так сильно не любил, то обиделся бы ужасно и страшно. И было бы тебе грустно и несчастно без меня, такого веселого и милого.

— Но-о-о?.. — едва сдерживая смех, вопросительно протянула я.

— Но я на тебя обижаться не умею. Вот сейчас как встану. Голый совсем. Как увидишь ты меня прекрасного и обнаженного! Так и все!

Я не выдержала и расхохоталась. Ну невозможный тип! Абсолютно невозможный.

Ориэль хихикал в кулачок, но помалкивал. Он уже понял характер Этьена. И то, что тот просто не может не флиртовать и не подкатывать. Но всерьез воспринимать это совершенно не получалось, напротив, было весело и мило. Эдакая доза чуть пошловатых, но приятных комплиментов. Исключительно полезно для настроения и женской самооценки.

— Ох! — утерла я выступившие от смеха слезы. — Не надо вставать совсем голым, Этьен. Сейчас мы придумаем тебе набедренную повязку и хито́н. Отель, миленький. Выдай нам, пожалуйста, мягкую узкую полосу ткани и какой-то поясок или широкий мягкий шнурок. Это вниз. И отрез для временной хламиды или хитона. Ну и к ним пару булавок и ремень.

На кровати рядом с мужчиной тут же возникло требуемое. Тот озадаченно взял в руки мягкий пояс, шириной сантиметра три, и батистовый отрез ткани. Повертел и отложил. Потом потянул и пощупал большой кусок более плотного, шелковистого даже на вид полотна и кожаный ремень с серебряной пряжкой.