Книга Аркан дьявола, страница 130 – Тамара Рыльская, Герман Рыльский

Рудольф открыл входную дверь. В паре шагов от входа стояла полицейская машина. Проблесковый маячок разукрашивал клубы тумана кроваво-красным и мертвенно-синим, но в салоне было пусто. Барбара с облегчением выдохнула – им бы не удалось так просто уйти, останься один из полицейских ждать внизу.

— Бежать будем быстро, – сказал Рудольф.

Барбара кивнула. Она понимала, что патрульные быстро разберутся, что к чему, и бросятся в погоню.

— На перекрёстке сворачиваем направо. Не отставай.

Ответив ещё одним коротким кивком, Барбара вслед за Рудольфом нырнула в темноту и туман. Квартал за кварталом оставались позади, но над городом висела всё та же давящая тишина. Её не нарушил ни окрик, ни полицейская сирена. Барбара задыхалась, её лёгкие разрывались и горели. Хуже, наверное, приходилось только ведьмам прошлого, которым отцы-инквизиторы заливали в горло расплавленный свинец и олово. В конце концов Барбара остановилась, привалившись к уличному фонарю.

— Как ты? – спросил Рудольф. Из его рта вырывались облачка пара, едва заметные в густом тумане.

— Нормально, – прохрипела Барбара. – Как полиция вычислила нас? Ты же говорил, на это потребуется какое-то время.

— А ты сама как думаешь?

— Понятия не имею! Я не знаю, как работает вся эта система.

— Система тут ни при чём. Могу спорить, на нас настучал Румпельштильцхен.

Барбара удивлённо вытаращилась на Рудольфа.

— Серьёзно? Ты хочешь сказать, он позвонил в полицию и сказал, что в «Нирване» остановились опасные преступники?

— Именно.

— Это… не похоже на то, как действуют демоны.

— Зато это логично, – пожал плечами Рудольф. – Я бы на его месте так и сделал. Когда мы внесли в хостел святые мощи, это место стало освящённым и недоступным для нечисти. Наш друг Румпель хотел сделать так, чтобы мы вышли на улицу.

— И вот мы вышли, – кивнула Барбара.

Из ближайшей подворотни, напоминавшей вход в мрачную пещеру, послышался высокий смешок:

— Подайте нищему на пропитание!

Барбара дёрнулась, как от удара хлыста, и, шагнув к Рудольфу, вцепилась в его руку. В тумане показалась сгорбленная фигура, облачённая в нищенские лохмотья, увешанные тусклыми медными бубенчиками. Из-под капюшона выглядывал крючковатый нос, бледная кисть сжимала деревянную кружку для подаяний.

— Вот только подходить близко не надо, – усмехнулся карлик. – Просто бросьте монетку, я поймаю.

— Он не сможет к нам приблизиться, – сказал Рудольф. – Просто не обращай на него внимания.

— Добрые господа, обратите внимание на бедного нищего! – Румпельштильцхен потряс кружкой, и бубенцы на его одежде немелодично зазвенели.

— Идём отсюда. – Рудольф потянул Барбару за руку, и они двинулись по безлюдной улице.

Карлик, прикинувшийся прокажённым, тащился за ними следом, горестно причитая:

— Моё тело гниёт и распадается, да! Пожалейте бедного горбуна! Дайте монетку!

— Что ему надо? – прошептала Барбара, чувствуя одновременно ужас и отвращение.

— Ты же слышала – монетку. Жаль, у меня только крупные купюры.

— Я серьёзно.

— Он хочет напугать нас, только и всего. Ждёт, пока мы запаникуем и совершим ошибку.

— Ой, смотрите, у меня отвалился нос! – послышалось из-за спины. – Как думаете, это из-за проказы или сифилиса? Я болею и тем и другим!

Некоторое время тишину, царившую на улице, нарушали только глумливые вопли Румпельштильцхена. Но вот впереди послышался другой звук, в котором Барбара опознала цоканье копыт по каменной брусчатке.