Книга Развод с драконом. Платье для его новой невесты, страница 38 – Лилия Тимолаева

— Да.

— И вы предпочли держать меня в восточном крыле.

Рейнар посмотрел на таблички, потом на неё.

— Я предпочёл не открывать это место после того, что случилось семь лет назад.

Семь лет.

Снова этот срок. Брак. Развод. Запрет на ремесло. Нарушение церемониального долга. Платье матери, которое прежняя Элира просила закончить, а он сказал “хватит”.

— Что случилось семь лет назад? — спросила она.

Селеста, стоявшая у двери, ответила раньше него:

— Разве сейчас время для старых печалей? Нам всем нужно думать о будущем.

Элира повернула к ней голову.

— О будущем рода Вейр?

— О будущем брака, — мягко поправила Селеста.

Рейнар ничего не сказал, но Элира заметила: его взгляд задержался на Селесте не с нежностью, а с оценкой. Слова посланника всё-таки дошли до него. Ткань уже начала отвергать новую невесту. Значит, каждое её движение теперь не могло оставаться просто красивым.

Элира поставила шкатулку на стол.

— Прежде чем я начну, условия повторяются здесь. При свидетелях.

Гарден вошёл с двумя плоскими футлярами и кошелем. За ним — тот самый посланник. Больше никого не было.

— Оплата, — сказал управляющий глухо, кладя кошель на стол.

Элира не притронулась.

— Пересчитает мой человек завтра утром в ателье. Сейчас достаточно печати.

Рейнар снял с пальца узкое кольцо с гербом Вейров и приложил к шнурку кошеля. Серебряный знак вспыхнул и остался на воске.

— Дальше, — сказала Элира.

— Мастерская закреплена за вами до окончания работы, — произнёс он. — Без вашего разрешения к ткани не подходит никто, кроме меня как главы рода и леди Селесты как невесты, когда это требуется обрядом.

— Нет.

Рейнар прищурился.

— Нет?

— Вы как глава рода имеете право присутствовать. Не касаться ткани без моего разрешения. Леди Селеста подходит только тогда, когда я скажу. И только на то расстояние, которое нужно для работы.

Селеста тихо рассмеялась. Не звонко, не зло — почти устало.

— Вы говорите так, будто я опасна для платья.

Элира посмотрела на чашу родового огня у стены. Пламя горело ровно, пока Селеста стояла у двери. Но когда та сделала шаг вперёд, самый край синего огня заметно просел, словно воздух над чашей стал тяжелее.

Рейнар тоже увидел.

Не мог не увидеть.

— Я говорю так, будто платье важно для вашего обряда, — ответила Элира. — Если вы хотите, чтобы оно дошло до церемонии целым, мы будем слушать ткань, а не самолюбие.

Слово было рискованным.

Но Селеста улыбнулась.

— Конечно. Я полностью доверяю вам, леди Арн.

Рядом с платьем её улыбка стала другой.

Жёстче.

Не на губах — губы остались мягкими. Жёсткость появилась в неподвижности глаз, в том, как она перестала моргать, в том, как пальцы у края накидки сжались и тут же снова расслабились. Для Рейнара она всё ещё выглядела будущей женой, мужественно терпящей резкость бывшей. Для Элиры — человеком, который понял: правила этой комнаты будут работать не в его пользу.

— Последнее, — сказала Элира. — Никто не обсуждает здесь мой развод, моё положение и мою жизнь в городе. Я не бывшая жена в этой мастерской. Я мастер Арн.

Гарден поджал губы, но промолчал.

Рейнар смотрел на неё долго. Не так, как в зале Совета. Не как на женщину, которая должна наконец склонить голову. Сейчас в его взгляде было раздражение, но рядом с ним — вынужденное внимание. Он будто впервые видел не тихую Элиру из прошлого, которую можно было остановить одним словом, а человека, который держит в руках не только иглу, но и единственную нить к разгадке.