Книга Маркиза ДЭруа, страница 31 – Надежда Соколова

Книга, как я и предполагала, оказалась старой, выпущенной, судя по архаичному шрифту и ломкой, пожелтевшей бумаге, лет двадцать — тридцать назад. Пахла она не просто библиотечной пылью, а именно временем, затхлостью и забвением, и многие страницы местами были подпорчены влагой, отчего изящные виньетки и буквы чернил местами расплылись в синеватые кляксы. Я отдавала себе отчет, что информация в ней могла безнадежно устареть, что гербы могли поменяться, а родственные связи — переплестись иначе, но была безмерно рада и таким скудным крупицам. В моем отчаянном положении любая, даже самая малая зацепка была на вес золота.

С трудом разбирая убористый готический шрифт и порою нарочито витиеватые, напыщенные формулировки, я, пролистав немало страниц, смогла выудить несколько ключевых, сухих фактов о роде герцогов Мартанарских.

Род этот, как утверждал справочник, являлся побочной, но весьма знатной, древней и уважаемой ветвью самого императорского дома Альтрион. Основанный несколько столетий назад младшим, любимым сыном одного из императоров, получившим титул герцога горт — высший среди герцогских титулов, — он всегда сохранял тесные, хотя, как намекал автор, и не лишенные скрытой напряженности, связи с троном. Основная их резиденция располагалась в столице, в величественном дворце из белого песчаника, известном как «Пристанище Приливов», хотя справочник сухо и бесстрастно утверждал, что «род сей имеет многочисленные владения, поместья и концессии в различных частях Империи, кои исправно приносят стабильный и весьма значительный доход».

Наследование в роду, как и у большинства древних аристократических семей, было строго майоратным. Главой рода и единоличным обладателем всего состояния, всех земель, титулов и политического влияния становился исключительно старший законный сын после смерти отца или любого другого старшего родственника. Младшие дети, будь то сыновья или дочери, считай, оставались без значительного наследства и должны были всецело рассчитывать лишь на милость и кошелек нового главы семьи. Для дочерей это означало необходимость как можно более выгодного брака, а для сыновей — поиск собственного пути на службе или в деле.

Именно поэтому, как с некоторым, даже одобрительным, придыханием отмечал анонимный автор справочника, из рода Мартанарских исторически вышло множество прославленных, до безрассудства храбрых военных, отважных мореплавателей и преданных офицеров Императорской Гвардии. Для младших сыновей армия и флот были едва ли не единственным социальным лифтом, способом заработать состояние, славу, земли и хоть какую-то независимость от милости или каприза старшего брата. Они шли на службу, проявляли выдающуюся храбрость (а часто и безрассудную удаль) на полях сражений и в морских походах, пытаясь вырвать у судьбы то, что им было не даровано по праву рождения.

Я откинулась на высокую резную спинку стула, смотря в потолок и размышляя над прочитанным. Нынешний герцог, судя по всему, был тем самым старшим сыном, главой могущественного рода, обладателем всех его богатств и привилегий. А его брат… Скорее всего, одним из тех самых младших отпрысков, вынужденных с мечом в руке или на капитанском мостике искать свой путь и свое место под солнцем. Но что, в каких высочайших сферах, могло привести их сюда, в мою глушь? Какая-то секретная военная кампания? Но мы были далеко от всех неспокойных границ. Дипломатическая миссия? Крайне сомнительно для лица такого ранга. Семейные дела? Наша скромная ветвь Д’Эруа никогда не была близка к императорскому дому и его боковым ответвлениям.