Книга Маркиза ДЭруа, страница 85 – Надежда Соколова

И, наконец, макияж. Мастер из столицы, присланный Ричардом, накладывал его с ювелирной точностью. Он не скрывал мои черты, а подчеркивал их. На веки легли легкие, перламутровые тени, делая взгляд более глубоким. Ресницы были слегка подкрашены сурьмой, чтобы взгляд казался более выразительным, но без нарочитой театральности. Скул коснулись самые нежные румяна, едва добавляющие жизни бледному от волнения лицу. Губы же мастере оставил почти натуральными, лишь слегка подчеркнув их форму прозрачным блеском.

— Невеста должна сиять своей естественной красотой, ваша светлость, — тихо произнес он, отступая на шаг, чтобы оценить работу.

Я подошла к большому зеркалу. Из него на меня смотрела незнакомка — прекрасная, царственная, собранная. Ни тени сомнения или страха на этом лице. Только спокойная, ледяная уверенность и решимость. В этом образе не было места Светлане Жарской, менеджеру из хрущевки. Была маркиза Светлана Д’Эруа, готовая выйти замуж за герцога.

Я глубоко вздохнула, расправила плечи под тяжестью бархата и кивнула своему отражению. Я. Была. Готова.

Последний раз я окинула взглядом свое отражение в зеркале прихожей. Белое бархатное платье, серебряная вышивка, холодное сияние диадемы — все было безупречно. Я сделала глубокий вдох, расправила плечи и переступила порог в холл.

Ричард ждал меня у большого камина.

Он был облачен в парадный мундир герцогов Мартанарских — темно-синий, почти черный, с шитьем из серебряных нитей, повторявшим узор на моем платье. Его поза была прямой и собранной, а во взгляде, устремившемся на меня, читалось нечто большее, чем простая церемониальная вежливость. В нем была та сама уверенность, что и в моем отражении, и в его глазах мелькнуло молчаливое одобрение.

Никого больше в холле не было. Ни слуг, ни родни. Только мы двое в звенящей тишине.

— Вы выглядите… подобающе, ваша светлость, — произнес он, и в его обычно холодном голосе прозвучала теплая нота.

— Как и вы, ваше сиятельство, — ответила я, и губы сами сложились в легкую, почти неуловимую улыбку.

Он протянул руку, и я, положив кончики пальцев на его ладонь, почувствовала твердую уверенность его жеста. Затем он свободной рукой описал в воздухе широкую дугу.

На этот раз портал возник не мерцающим овалом, а огромной, сияющей аркой. Сквозь него не было видно интерьера — лишь ослепительный, золотисто-белый свет, обещающий иной мир.

— Готовы? — тихо спросил он.

— Да, — был мой единственный ответ.

Мы шагнули вперед, вместе. Ощущение перехода было иным — не резким толчком, а плавным, словно нас подхватила и понесла могучая, но нежная волна. На миг в ушах зазвенело, а перед глазами поплыли золотые искры.

И вот мы стояли уже не в холле усадьбы, а в алтарной комнате столичной резиденции Мартанарских.

Дух перехватило. Это было не просто помещение. Это было сердце герцогской власти. Высокий сводчатый потолок был расписан фресками, изображавшими историю рода. Стены из темного мрамора отражали свет тысяч свечей, горевших в массивных золотых канделябрах. В центре зала, на невысоком возвышении, стоял алтарь из черного дерева с инкрустацией из перламутра и серебра. Воздух был густым и торжественным, пахнущим ладаном.

По обеим сторонам от алтаря стояли гости. Не толпа, как на том злополучном обеде, а избранные — высшая аристократия Империи, сановники, несколько генералов в парадной форме. Их лица были серьезными, взгляды — оценивающими, но в них читалось уважение к моменту. Где-то в первых рядах я мельком заметила бледное, но спокойное лицо Эрики и сдержанную фигуру Дария.