Книга Хозяйка запущенной усадьбы, страница 48 – Фиона Сталь

Годфри кивнул.

— Будет сделано, миледи. Ни одна мышь не проскочит без нашего ведома.

— А я… я уберу здесь, — сказала Марта, с отвращением глядя на плевок на полу. — И вымою пол с уксусом. Чтобы дух этого… этого не задержался в доме.

Я снова подошла к столу, взяла в руки шкатулку с серебром. Монеты были холодными. Но теперь их вес ощущался иначе. Это был не только доход. Это был первый ресурс для грядущей войны. Войны, которую нам навязали. Я сжала шкатулку в руке. Волк ушел раздраженный. Но он вернется. И мы будем готовы.

Руки все еще мелко дрожали, хотя с момента визита Кадвала прошло уже несколько часов. Дрожь была не от страха, а от ярости. Чистая, белая ярость, от которой горело лицо и сжимались кулаки. Этот грубый, наглый… скотина! Его слова, его взгляд, его плевок на наш чистый пол — все это жгло изнутри, как яд.

— Миледи, — голос Марты был тихим. Она протянула мне влажную льняную салфетку. — Вытрите лицо. Вы бледны как мел.

Я машинально провела тканью по лбу, смахивая несуществующую пыль. Сделала глубокий вдох, пытаясь унять дрожь. За окном сгущались сумерки, первые капли дождя забарабанили по крыше. Но, угроза Кадвала висела в воздухе тяжелее грозовых туч. "Ольденхолл будет моим! И ты будешь ползать у моих ног! Или сгинешь!". Его хриплый шепот звенел в ушах.

— Он не шутит, Марта, — прошептала я. — Он придет. Не с армией, нет. С подлостью. С поджогами. С набегами на поля. С подкупом самых слабых. Он будет бить по тому, что мы строим! Я это чувствую.

— Мы не сдадимся, миледи! — Марта сжала свои рабочие руки в кулаки. — Весь Ольденхолл с вами! После всего, что вы сделали…

— Верность — штука хрупкая, Марта, когда над головой занесен нож, — перебила я ее. — И страха перед Кадвалом у людей накоплено много. — Я резко встала. — Где Годфри? И Том?

— Годфри на конюшне, досматривает Беллу после сегодняшней поездки. Том, наверное, ужинает с ребятами в деревне.

— Позови их. Сюда. Срочно. И… скажи Годфри, чтобы захватил самую большую карту наших земель. Ту, что мы с ним рисовали.

Пока Марта уходила, я подошла к окну, глядя в сгущающуюся тьму за стенами усадьбы. Раньше эта темнота казалась просто отсутствием света. Теперь же в ней таился враг.

Я услышала шаги в коридоре. Годфри вошел первым, его лицо было мрачным. За ним семенил Том, доедавший на ходу кусок хлеба.

— Миледи, — кивнул Годфри. Он развернул на столе большой холст, на котором углем и охрой была нарисована схема Ольденхолла: усадьба, деревня, поля, леса, ручьи, границы с землями Кадвала и других соседей. — Карта здесь. Что задумали?

— Задумала превратить Ольденхолл в крепость, Годфри, — сказала я, подходя к столу и указывая на линию границы с Кадвалом. — Сосед показал клыки. Значит, пора ставить капканы. — Я посмотрела на Тома и Годфри. — Вы двое — мои первые разведчики.

Том выпрямился, пытаясь казаться выше.

— Разведчики? Я, миледи? Чего делать-то?

— Учиться видеть и слышать то, чего другие не замечают, — ответила я. — И передавать вести быстро. Очень быстро. — Я ткнула пальцем в карту. — Вот старая мельница на ручье. Видна и с наших полей, и с дороги от Кадвала. Вот холм Заячий Спуск. Густой подлесок, но сверху — обзор на добрую милю. Вот дуб-великан у перекрестка троп. Места эти знаешь, Том?