Книга Хозяйка каланчи, страница 15 – Адель Хайд

— Дарья Николаевна, — вдруг ворвался в мой мозг голос, а я даже не сообразила, что это ко мне обращаются, ведь своё новое отчество не запомнила, вернее я ночью прочитала в личном деле, но не обратила внимание.

— Да, я готова, — сказала я и зевнула, прикрывая рот ладонью.

Прибор представлял собой нечто, напоминающее … проигрыватель для виниловых дисков. Предполагалось, что я возьму в обе руки что-то похожее на электроды, что я и сделала, а маг, запустил крутящийся диск, на который положил лист бумаги, а сверху держатель с иглой или грифелем.

И все уставились на негромко шипевший и потрескивающий прибор.

Я тоже смотрела на прибор, и пыталась понять, а что означают все эти закорючки, было очень похоже на кардиограмму, только это было что-то другое.

Примерно минуту, стрелочка рисовала точки и линии, а потом я почувствовала, что «электроды» в моих ладонях начали нагреваться, и в это же самое время стрелочка начала вырисовывать какие-то круги, и это смотрелось совершенно немыслимо.

Представьте себе, как если бы несущая иглу на проигрывателе жёсткая конструкция вдруг начала бы вырисовывать восьмёрки и крендельки. А именно это сейчас и происходило.

— Пожарская, значит, — произнёс господин пристав, а у меня вдруг стала кружиться голова, и «электроды» в руках показались мне раскалёнными, и я попыталась разжать ладони и не смогла.

— Мне больно, — почти что крикнула я, — сделайте что-нибудь!

Ледовей сделал шаг по направлению ко мне и в этот момент аппарат полыхнул. И мои ладони разжались. «Электроды» выпали, а я посмотрела на руки, мне казалось, что у меня там должен быть ожог, но ладони были совершенно чистые, никаких ран или повреждений.

— Что ты чувствовала? — спросил этот ледышка.

— Мне было больно, как будто что-то жгло, — сказала я, и обратила внимание на то, какими глазами на меня смотрит Горгона.

Ледовей, игнорируя Горгону повернулся в госпоже Бороновской:

— И как вы объясните то, что у вас в приюте потенциальный огнедержец, а вы об этом не знаете.

— Да как же я не знаю, мы же проверяли девочку, — госпожа Бороновская побледнела, а вот мне не было ничего ясно из их разговора.

— Госпожа Бороновская, в таких случаях вам необходимо найти семью, кто согласится взять ребёнка.

— Господин пристав, — голос директрисы вдруг стал холодным, не менее холодным, чем у ледовея, — вы сюда приехали преступление расследовать?

Ледовей промолчал.

А директриса продолжила:

— Вот и расследуйте, а мне предоставьте заниматься своими делами.

А я из всего вышесказанного поняла, что у меня всё же есть магия, и меня теперь кому-то отдадут. И это меня совершенно не устраивало.

Директриса перевела на меня взгляд, и более мягким голосом сказала:

— Идите, Дарья, в комнату, мы с господином приставом всё обсудим.

Но я не собиралась просто так оставлять всё на самотёк, поэтому спросила:

— А кому меня собираются передавать? У меня есть кто-то из родственников?

Горгона встала, явно собираясь прекратить мои расспросы, но под взглядом господина пристава снова опустилась на стул.

Ответила мне госпожа Бороновская:

— Не волнуйтесь, Дарья, государство подберёт вам хорошую семью, со схожей магией.

Мне показалось, что ледовей хотел что-то возразить, но директриса взглянула на Горгону и приказала ей увести меня.