Книга Хозяйка каланчи, страница 32 – Адель Хайд

— Девочки, пойдёмте, извозчик ждёт.

Поклонилась господину Скоробогатову, и, развернувшись пошла.

Я обернулась, и увидела, что к нему подошли двое, и какое-то время они смотрели нам вслед, что-то обсуждая.

* * *

Тётка Дарьи Пожарской жила не в центре, но и не в рабочем районе, Дом был старый, и разделён на две половины, в одной из этих половин и обитала Анастасия Пожарская.

Извозчик нас высадил около двери, выгрузил чемоданы и пока ждал. Глафира Сергеевна его не отпустила.

Дверь долго не открывали, а у меня вдруг начала кружиться голова. Внутри в районе желудка вдруг возникло ощущение пустоты, и стала накатывать тошнота, я старалась более глубоко дышать, пробуя прийти в себя.

— Даша, ты чего такая бледная, — вдруг воскликнула Мария.

— Я нормально, — неожиданно мне стало трудно говорить, и в этот момент дверь распахнулась, и на меня взглянули знакомые глаза.

Такие же я видела в зеркале каждый день, Дарья Пожарская была очень похожа на свою тётку.

И та тоже сразу поняла кто перед ней.

Но на лице у неё не возникло радости, и мне даже показалось, что она сейчас захлопнет перед нами калитку, и тогда я перестала себя сдерживать и упала в обморок.

Пришла я в себя, лёжа в кровати. После нескольких дней в поезде лежать в кровати оказалось очень приятно, если бы ещё не слабость с тошнотой, было бы вообще хорошо. На стуле рядом с кроватью дремала Маша.

— Маша, — позвала я. Позвать пришлось два раза, потому что голос у меня был слабый, а Маша, видимо, задремала довольно крепко. Но на второй раз она меня услышала:

— Ой, Дарья, ты так нас напугала!

— Маш, — сказала я, — расскажи мне, что случилось-то? Мы где?

Маша понизила голос и медленно начала рассказывать:

— Когда нам открыли калитку, ты вдруг побледнела вся, посмотрела на женщину, которая открыла нам калитку, да и упала в обморок.

— А где мы сейчас?

— Анастасия Филипповна положила тебя в эту комнату, сказала, что здесь будут твои покои.

— А лекаря вызывали? — спросила я, понимая, что Анастасия Филипповна и есть моя тётка. Выхолит, что мой дед был Филиппом.

— Нет. Анастасия Филипповна сказала, что у тебя был сильный перерасход магии, и именно поэтому организм твой пытался восстановиться.

— А возле дома? Почему мне стало плохо именно возле дома?

— Потому что здесь, я так поняла, есть какой-то небольшой то ли источник, то ли амулет. Анастасия Филипповна сказала, что она сама тебе объяснит. В общем, ты почувствовала его и упала в обморок.

А я подумала: «А ведь и вправду как-то резко мне стало плохо. После того случая на станции слабость ещё оставалась, но, чтобы прям в обморок падать, такого состояния не было, пока к дому не подошли».

— А как моя тётка? — спросила я.

— Она неплохая, Даш. Но немного грустная, как будто забыла, как надо улыбаться, — ответила Маша.

— А сколько я здесь уже лежу?

— Ты вчера как упала, так в себя и не приходила. И тётка твоя сказала, что если ты сегодня не придёшь в себя, тогда она лекаря вызовет.

— А тётка здесь одна живёт? — задала я вопрос, который меня интересовал.

— Нет, — улыбнулась Маша, — у неё есть сын.

— Он, наверное, взрослый? — спросила я.

— Да… он одновременно взрослый и невзрослый. Странно, — сказала Маша.

— Что это значит?

— Так бывает, по возрасту вроде взрослый, а на самом деле сущий ребёнок.