Книга Хозяйка каланчи, страница 33 – Адель Хайд

— У него что, отставание в развитии? — спросила я.

— Тише, — сказала Маша, — не говори так. Тётка твоя просила, если ты придёшь в себя, дать тебе попить и позвать её. Давай я позову, и ты у неё и спросишь.

— Ну хорошо, — сказала я, — давай.

Маша подала мне стакан воды. Вода пахла лимоном и мятой, и после того, как я выпила, мне правда стало полегче. Вскоре в маленькой спальне появилась моя тётка.

Она была совсем ещё не старой.

«Значит магия у неё есть,» — подумала я, ведь только магии старели медленно, и я бы дала ей что-то около сорока, но ей могло быть и больше.

— Откуда ты узнала мой адрес? — спросила тётка, даже не уточнив, как я себя чувствую.

— Спасибо, Анастасия Филипповна, — ответила я, вдруг ощутив обиду, — чувствую я себя неплохо и теперь готова ответить на ваши вопросы. Что вам интересно? Интересно ли вам, где я жила все эти годы, что со мной происходило, насколько сладко мне жилось в приюте и почему я сейчас здесь?

Тётка с каменным лицом выслушала мою тираду. Не дождавшись ответа, я предложила:

— Давайте начнём сначала. Здравствуйте, Анастасия Филипповна. Похоже, я ваша племянница. И я сбежала из приюта, потому что у меня открылась магия, и меня хотели убить. В своём личном деле я нашла ваш адрес, и поэтому я здесь.

Я смотрела ей прямо в лицо, которое она «продолжала держать», но в глазах её я неожиданно разглядела что-то вроде паники.

И поняла, что надо продолжать:

— Можете также не спрашивать, как мы смогли добраться, — сказала я. — Скажу два слова: «было тяжело».

Мне почему-то показалось, что на «каменном» лице тётки мелькнула эмоция. Правда было непонятно какая.

Я замолчала. В целом я сказала всё, что ей нужно было знать, и теперь мне нужно было понять, что сделает она.

— Ты говоришь, вы сбежали из приюта? — спросила тётка. — Если вы сбежали, значит, вас будут искать.

Я спокойно ответила:

— Нас уже ищут, и я думаю, что скоро придут сюда, потому что другого адреса родни у меня в личном деле не было.

Тётка молчала и поэтому я решила сказать сама:

— Я хочу получить защиту, ведь ты можешь нас не отдавать.

— Как это «я могу вас не отдавать»? — сказала тётка.

— Ну, по закону ты можешь стать моим опекуном, — сказала я. — И тогда меня не имеют права у тебя забрать. А Машу я приму в зависимые рода.

— Смотри-ка, какая умная девочка, — почему-то с ехидством в голосе произнесла тётка. — Прямо как твоя мать.

— Я не помню свою мать, — сказала я, — но не считаю это недостатком. Так вы возьмёте меня под опеку?

Тётка снова замолчала, и после некоторого размышления она спросила:

— Ну и зачем мне это делать?

Я, если честно, потерялась, потому что не понимала, что я могу ей предложить. Потом я вспомнила, что Маша сказала насчёт её сына.

И я решила блефовать:

— Ну так вы же хотите, чтобы ваш сын выздоровел.

Это было больно, использовать материнские чувства, но у меня не было другого выхода. Откуда-то во мне родилась уверенность, что всё происходящее с её сыном связано с тем, что она его растит вне рода, и этот странный амулет или артефакт… не знаю, что это, тоже часть этой истории.

Лицо тётки стало мрачным, и она даже стала выглядеть старше.

— Как ты можешь обещать то, что не сможешь выполнить? — спросила она. — Или ты уверена, что Каланча тебя примет?