Книга Хозяйка каланчи, страница 34 – Адель Хайд

Я еле-еле удержала лицо, потому что то, что тётка сказала про Каланчу, для меня вообще было удивительным. Что за Каланча и почему она должна меня принять?

Мне даже снова показалось, что я сплю, и всё, что со мной происходит, — это просто очень реалистичный сон.

Сон для девочки, которую в школе за рост и худобу дразнили «каланчой», но которая выросла и открыла успешны бизнес, и компанию свою назвала «Пожарская Каланча», превратив детское прозвище в бренд.

И вдруг здесь… тётка вдруг озвучила, что меня должна принять какая-то Каланча. Хотелось прикрыть руками лицо и рассмеяться, но я неимоверным усилием воли удержалась.

— Почему вы думаете, что не примет? — спросила я вслух.

— Ну, во-первых, нет главы рода, который бы тебя представил источнику, — сказала тётка. — А, во-вторых, я сомневаюсь, что ты действительно получила столько магии, чтобы войти в место силы рода и пройти инициацию. Даже, если ты войдёшь в каланчу, сила источника тебя просто-напросто убьёт.

Тётка снова нахмурилась и опять спросила:

— Поэтому как ты можешь обещать, что ты поможешь моему сыну?

Пока тётка говорила, передо мной постепенно начала вырисовываться картина.

Значит, где-то есть место силы рода, которое по странному стечению обстоятельств называется «Каланча», и, поскольку я фактически одна, последняя из рода, то мне как бы надо пройти инициацию там. Но Каланча может и не пустить.

А вслух я сказала:

— Не попробуем — не узнаем. И ещё… объясните мне, почему мне стало плохо возле вашего дома.

Тётка опустила глаза. И я подумала: «Сейчас она будет врать». И тихо сказала:

— Правду. Говорите правду.

Тётка вздрогнула, и рассказала.

История получилась долгой, но без предыстории, я бы вообще ничего не поняла, и я терпеливо слушала.

В общем-то, история Анастасии Пожарской, которая, как оказалось, была не сестрой моей матери, а двоюродной сестрой моего отца, отец её был родным братом моего деда, а вот мать была из магов земли, геосов. После смерти её родителей дед взял на себя ответственность за воспитание племянницы.

И жениха ей подобрал знатного, из огнедержцев, немного пожилого, раза в три старше невесты, ну так-то маги стареют медленно, зато родственная магия могла усилить род.

А невеста возьми, да и влюбись в красавца-ледовея, с которым познакомилась на балу, и когда узнали об этом уже поздно было, невеста уже была непраздная.

Дед в приданном отказал, ругался сильно, и от дома тоже отказал, а у ледовея оказалось, что уже была сговоренная ледяная невеста.

Пожилой огнедержец невесту с чужим плодом брать отказался, за зависимого рода, который готов был за приданное позор прикрыть, тётка идти отказалась, поругалась с дедом и уехала.

Дед в свою очередь отказал ей в приданном, а когда она заявила претензию на свою долю, что ей от её деда осталось, то дед ей и предъявил, что от её деда остались одни карточные долги, которые он закрыл, но, ежели она готова их забрать, то возражать не станет.

Тётка оказалась истиной Пожарской, стиснула зубы и стала жить сама. А когда дед помер и главой рода стал отец Дарьи, то он предложил тётке вернуться, но та отказалась, потому что…

— Почему? — спросила я.

Тётка молчала, а потом посмотрела на меня, и в глазах её я увидела застарелую боль.

И несколько долгих мгновений она молчала, а потом сказала: