Книга Хозяйка каланчи, страница 49 – Адель Хайд

— А вам Анастасия Филипповна про Марию ничего не рассказала?

— А я не виделся ещё с Анастасией Филипповной, — неожиданно ответил граф Давыдов.

— А откуда вы тогда про суд знаете? — удивилась я.

— Мне государь император сообщил, что в канцелярию поступило ходатайство и даже сопровождающие документы прислали.

И вот на этой фразе мне как-то особенно поплохело. Потому что я пока сидела в библиотеке я думала, почему Алабины так уверенно претендуют на опеку надо мной, хотя, казалось бы, ледовеи и огнедержцы всегда находились на «разных полюсах».

А вот, как граф Давыдов сказал про сопроводительные документы, так мне сразу стало понятно, что у них есть что-то, что даёт им право это делать. Но что?

Признаться я на какое-то время даже забыла про Балахнина, и спросила:

— А что за сопроводительные документы?

Граф Давыдов как-то с жалостью, что ли на меня взглянул и ответил:

— Договор, вернее копия договора заключённого между вашим родом и их, о сотрудничестве, и там есть фраза…

И граф Давыдов задумался, словно пытаясь вспомнить, но вместо этого достал из внутреннего кармана камзола сложенный вчетверо лист бумаги, развернул и зачитал:

«…стороны признают взаимное право подготовки наследников для обеспечения совместной магической службы»

— А договор настоящий? — усомнилась я в честности Алабиных.

Давыдов кивнул, и добавил:

— Да никто бы и не посмел в имперскую канцелярию подделку сунуть. Там проверка и фальшивка сразу бы откатом по роду ударила.

Я молчала.

Граф продолжил:

— Да сам договор в нашей ситуации весьма полезный и заключен был своевременно.

Из объяснений Дениса Васильевича я поняла, что огнедержцы хоть и обладали уникальной магией, но их самих немного было, вот и договорились о сотрудничестве с ледовеями, что бы те на себя частично взяли тушение пламени, особенно в тех районах, где не надо спасать леса и урожай.

И полезно и ледовеям, и опять же и деньги, потому как за тушение пламени казна деньги платит и немалые. И уважение тоже ледовеям вещь была нужная, что такую полезную работу выполняют.

— Только вот сейчас, Алабины упирают на этот договор, подписанный ещё вашим дедом, Дария Николаевна, как на доказательство того, что на законных основаниях именно они должны стать опекунами последней из рода Пожарских.

— Ну так и стали бы, — хмуро сказала я, — когда меня в приют отправляли.

Давыдов грустно улыбнулся:

— Магия у вас только недавно появилась, Дарья Николаевна.

— Ага, и сразу всем стала нужна.

— Такова жизнь, магия определяет статус, — мрачно сказал Давыдов и я подумала, что, наверное, непросто ему далось то, что он сейчас имеет. Наверное, когда был ребёнком, среди магов аристократов, не обладая никакой магией наверняка настрадался.

Но спрашивать не стала, и так было о чём задуматься.

Спросила о другом:

— Вы думаете, что суд решит меня им передать?

Граф Давыдов вздохнул:

— Скорее всего, Дарья Николаевна, до суда дело не дойдёт и решать будет государь, неспроста Алабины договор этот подняли.

— И что решит император?

— Я не знаю, — честно признался граф Давыдов.

— А почему Анастасия Филипповна не может соперничать с Алабиными? Она же мне близкая родственница.

— Об этом тоже в договоре прописано, — ответил Давыдов, — что будущего огнедержца может наставлять только тот, кто пламя сам усмирял. А Анастасия Филипповна вряд ли этим занималась в силу определённых обстоятельств.