Книга Хозяйка каланчи, страница 72 – Адель Хайд

Денис Васильевич взглянул сначала на меня, потом снова перевёл взгляд на Машу:

— Потому что каналы у вашего брата вполне рабочие, хорошо развиты. Но самого источника у него нет.

— Конечно, — добавила я, — его у него и не было. Он же пользовался внешним.

Маша укоризненно на меня посмотрела, но меня это не смутило, я до сих пор злилась на всю эту ситуацию с амулетами:

— Маша, может быть, сдадим его в приют?

— Даша! — возмущённо сказала Маша. — Как ты можешь?!

— Но тебя же сдали. Почему бы ему не пожить какое-то время в императорском приюте? Там весьма комфортно.

Граф Давыдов прикрыл лицо рукой, и я заметила, что он смеётся.

— Дарья Николаевна, простите, — сказал граф, закончив смеяться, — вы меня всё больше и больше удивляете. На самом деле я тоже хотел предложить определить Ивана Балахнина в один из императорских приютов. Ему всего-то и надо, что доучиться несколько месяцев. Ему же семнадцать лет?

— Восемнадцать исполнится меньше, чем через год, — уточнила Маша, и спросила, — то есть он всего несколько месяцев проведёт в приюте и после сможет уже сам распоряжаться своей судьбой?

— Да, — ответил граф Давыдов, — и сможет продолжить образование, если, конечно, вы ему выделите определённое содержание, чтобы он мог закончить учебное заведение согласно своему статусу. Ведь, несмотря на отсутствие магии, он всё равно остаётся дворянином.

Маша молчала, смотрела то на меня, то на графа Давыдова.

Я видела, как в её глазах рождается решимость. Решимость поступить по-своему.

— Я не могу и не хочу никого отдавать в приют, — сказала Маша.

И это прозвучало очень по-взрослому. Это прозвучало от человека, который точно знал, каково это, когда у тебя нет семьи и ты в сером, пусть даже и тёплом платье, спишь на такой же серой кровати, укрываясь тонким одеялом, среди таких же одетых в серое ровесников.

— У нас есть имение, — сказала Маша. — Я отвезу его туда и определю его в ту же школу, куда хожу сама. Так же можно, Денис Васильевич? — просила она.

— Да, вполне. Я думаю, что эта школа будет вам по карману. Особенно если вы окончательно разберётесь с ежемесячными выплатами, которые была вынуждена делать Аркадия Ивановна Балахнина.

— В этой школе можно учиться и без магии, — сказала Маша, посмотрев на меня, как будто бы я собиралась ей возражать.

— Тогда предлагаю не откладывать дело в долгий ящик, — сказал Денис Васильевич. — Может быть, прямо завтра и съездить в эту школу-пансион, где учится Иван, и забрать его?

Перед сном, когда мы уже укладывались спать, а жили мы с Машей в одной комнате, так было веселее, хотя Денис Васильевич и предлагал нам разные покои, но мне было комфортно вместе, Маша спросила:

— Даша, поедешь со мной? Ты мне поможешь с ним договориться?

— Конечно, Маша, я поеду. Посмотрим, что за человек.

— Но ведь он же мог и не знать, что пользуется амулетом, который плохо влияет на другого человека, — Маша говорила это уже не в первый раз, как будто бы пыталась убедить в этом себя.

— Мог и не знать, — повторила я, хотя не очень-то в это верила, теперь после того, как меня принял источник, и я увидела свой, невозможно не знать, есть ли у тебя магия или нет, и добавила, — ну, думаю, что этого мы не узнаем.

— Я узнаю, — сказала Маша. — Даже если у него нет магии, он же относится к моему роду. А глава рода всегда знает, говорят ему правду или нет.