Книга Завидная нервно-тревожная невеста, страница 78 – Виктория Рогозина

Но я знала, что решение о бегстве не было сделано с лёгким сердцем. Угроза, исходившая от Кощея, была не просто локальной войной — это был захват сил, которые могли уничтожить не только нас, но и всех вокруг. Алекс настаивал на том, чтобы мы покинули родной мир, особенно ради будущего наших детей. Он знал, что я не хотела бежать, но его спокойная уверенность в том, что это был наш единственный шанс, всё-таки убедила меня. Теперь же всё казалось по-другому. И я не знала, был ли этот шаг трусостью или единственным способом выжить.

Алекс же не оставлял Лукоморье. Всё это время он возвращался туда, сражался, вёл свою собственную «партизанскую» войну. Но не было ли это похоже на борьбу с ветряными мельницами? Разве одна тьма не поглощала всё светлое в итоге? Не знаю... просто не знаю, как было бы правильно поступить. Могла ли я сделать больше, остановить Кощея раньше? Или мы поступили правильно, спасая себя и наших детей?

Лес тихо шептал вокруг меня, но мои мысли были ещё громче, каждая из них возвращалась к Лукоморью, как к разбитой чаше, которую я пыталась склеить в своей памяти.

Сидя на поваленном дереве, я невольно погрузилась в воспоминания о прошлом, о том времени, когда я жила под покровительством Марены. Она была не просто могущественной ведьмой — она была для меня наставницей, матерью и проводником в тёмные тайны магии. Время, проведённое с ней, казалось бесконечным. Это было так давно и одновременно как будто произошло вчера.

Я помню её ледяной взгляд, который в то же время излучал мудрость веков. Марена учила меня всему, что знала: как управлять стихиями, читать заговоры, вникать в скрытые потоки магии, которые текли незаметно для простых смертных. Она была строгой, но справедливой. Иногда её уроки казались жестокими, но только с годами я поняла, что это была её забота — подготовить меня к миру, который редко прощает ошибки.

Мы жили на окраине Лукоморья, вдалеке от людских глаз, в лесах, что всегда скрывали наши следы. Я ощущала себя частью природы, сливаясь с дикой энергией лугов и туманов, которые Марена поднимала по ночам. Я знала каждую тайну этих земель, каждую тропу и заклинание. Весь этот мир был для меня домом, а Марена — его ключом.

Марена учила меня искусству ведьмовства так, как его знали древние. Не просто шептать заклинания и махать руками, а понимать природу магии, слышать шепот ветра и чувствовать пульс земли под ногами. Это была магия глубинная, связанная с тем, что живёт внутри каждого существа, с их страхами и желаниями. Она учила меня управлять своими силами, не теряя себя, и не бояться тьмы, ведь именно в ней скрывалась наша сила.

Я всегда вспоминаю, как мы вместе проводили ритуалы в самые тёмные ночи, когда только луна и звёзды были свидетелями наших деяний. Она показывала мне, как управлять жизнью и смертью, как переходить границы между мирами, словно они — просто порог, который можно перешагнуть. Тогда я не понимала всей важности этих знаний, но теперь… теперь я осознаю, что именно Марена дала мне ту силу, которая спасла меня и мою семью.

Её лицо словно отпечаталось в моей памяти, особенно те моменты, когда она смотрела на меня, словно видела всю мою судьбу наперёд. Иногда я думаю, знала ли она, что всё сложится так? Что в итоге мне придётся сражаться за своё наследие, за Лукоморье и свою семью? Марена всегда была загадкой, даже для меня, но я чувствовала, что она видела дальше, чем кто-либо другой.