Книга Измена. Плата по счетам, страница 73 – Ирина Манаева

— Не говори глупостей, — смеюсь, отрезая кусок от мяса от своей порции. — Я плачУ, не думай об этом.

— А я прАчу, Инга. От их ценников и порций. Теперь, правда, буду всем рассказывать, что в этом ресторане была. А что касается Слава, — снова перепрыгивает на тему, — я бы и сама так поступила. Люди меняются, каждому нужен второй шанс. А Слав у тебя вообще с ума сошёл. Курт Кобейн недоделанный. От отца сейчас угрозы не исходит, он к тебе с повинной пришёл. И не смотри на меня так, я всё прекрасно помню. Эти твои жуткие рассказы. Вот, смотри, — заголяет кофту, показывая пупырки на коже, — мурашки с яйцо, как вспомню. Только если уже его и мать твоя простила, не знаю, Инга, у меня такого не было, но ставлю себя на твоё место и понимаю — целоваться и обниматься бы к нему не лезла. Держалась на расстоянии, но внучкА бы отписала, пусть его жизни научит, раз вы не смогли. Тебе не совладать сейчас со Славом, если только куда-то не засунуть, пролечить.

— Я помню, что у тебя связи.

— Это на крайний случай. Я вообще никому не советую. Но сейчас вариант, по мне, нашелся, куда лучше койки с седативными.

Она жуёт салат, нахваливая сволочей, которые так вкусно и дорого готовят, а потом застывает с набитым ртом.

— Помнишь, я тебе только что про второй шанс говорила? — интересуется, смотря куда-то за мою спину. — Так вот. Его не все достойны, Инга. Просто знай это.

— Привет, — слышу знакомый голос, и рядом вырастает фигура Ростовцева. — А я смотрю: ты — не ты, — говорит так обыденно, словно старую знакомую увидел.

— Не она, мерзость ты предательская. Греби к другому берегу, или сейчас тебя тут утопят.

— Монолог Бабы Яги, адресованный Ивану Царевичу? — расплывается в улыбке Руслан, заискивающе заглядывая в моё лицо. А я просто моргаю, слова излишни. Какая-то несуразица сейчас у меня перед глазами. Он пьян?

— Если ты и Иван, Ростовцев, то только дур-рак, — рычит Лера букву, бросая взгляд на часы.

Мы встретились в её обеденный перерыв, и она говорила, что времени не так много. А теперь встала перед дилеммой опоздать на работу или оставить меня наедине с человеком, который пытался забрать у меня не только фирму, но и мою жизнь.

— Где тут охрана, — выглядывает из-за него, намереваясь действовать кардинально. — Вот что ты за козёл, Ростовцев. Так вкусно было. Я почти забыла, сколько это стоит. Настроение было вот тут, — режет она воздух над головой, — а теперь, рассказывая про ресторан, буду вспоминать твою мерзкую морду. Инга, ты извини, — вспоминает обо мне Лера, прикладывая руку к груди, — я просто не могу молчать. Ты меня знаешь.

— Закончила? — интересуется Ростовцев, вздыхая. — А теперь можно я поговорю с женой? — спрашивает дозволения у нас обеих.

— Она тебе не жена, — разошлась Лера не на шутку. Качает головой и трясёт ладонью в воздухе в знак отрицания.

— Формально мы ещё в браке.

— Знаешь, кто это? — тычет в мою сторону подруга, смотря на него, подняв брови. Она сидит, а он стоит, но всё равно Лерка кажется победителем, а я просто молчу. Ну не буду же я затыкать ей рот, тем более что в её репликах всё правильно. Просто я не любитель монологов. — Это твой палач, Ростовцев. — На этот раз он рубит себе ладонью по шее, и тут появляется официант.

— Всё в порядке? — интересуется, пытаясь разобраться в нашей странной ситуации.