Книга Похищенный ведьмой. Ведьма и охотник, страница 175 – Екатерина Розова

В следующий миг обнаружил себя вниз головой — хвост как хлыст из костей изогнулся над драконом и... замер. Остановился? Как?

С этого положения Раэ смог разглядеть те два места от ударов, которые костец сам нанес себе хвостом — одним он раскроил себе позвонок, из-за чего задние ноги чудовища разъехались по земле и не двигались, вторым просто переломал крыло, и без того не опасное, пока некроманты не обтянули его кожей. Да, первый удар был более полезен… из-за него пошла трещина, которую костяной дракон заставил разойтись своими движениями после удара. Теперь костец, сам себе сломавший позвоночник, не мог двигать задними лапами, а только волочить их за собой за счет силы передних. Теперь он точно не угонится за Мурчин, хотя та уже наверняка успела добежать до выхода из пространственного кармана… или прошло мало времени? Сколько?

А… сколько он висит над хребтом вниз головой? Ах да, хвост тоже парализовало! Не сразу, как и задние лапы, но тоже! Точно, хвост тоже должен был пострадать! Так он и застрял над колоссом на изогнутом хвосте..

«Ритатэ бы мной гордился» — подумалось Раэ.

В следующий миг на него с двух сторон хлопнуло лучами крыльев. Раэ ухватился за один из них, и его унесло в бок, он съехал по кости на землю и покатился по жухлой повилике. Быстро вскочил. Все! Куда? Опять в убежище, пока цел!

Визг сверху!

— Хватайся за метлу! За середину! Хватайся!

На него и в самом деле сверху как свалилась метла и Раэ, повинуясь крику, вцепился в круглое древко — это было проще, чем хвататься за кости.

Его резко рвануло вверх, под его ногами сухо клацнула драконья челюсть и опять послышался звук ломающихся зубов.

В следующий миг Раэ осмотрелся, сообразил, что висит над кронами деревьев, глянул вверх, понял, что держится за древко ведьминой метлы позади Мурчин, которая сидела едва ли не на самом ее краю, чтобы Раэ можно было удержаться. Как? Ведь внизу должно оказаться повиликовое поле… а сейчас внизу лес.

Голос Мурчин:

— Фере, миленький, потерпи, сейчас снижусь!

Она резко спустилась к кронам деревьев. Раэ не выдержал — руки его уже ничего не чувствовали, соскользнули с древка метлы под вскрик Мурчин, и он ухнул в крону дерева. Скатился с нее по согнутым ветвям, как полупьяный. Осмотрелся. Вон приметная надломленная верхушка, а вон поваленный внаклонку ствол, зацепившийся за ветки чахлых берез, а потому не упавший наземь. Они стояли рядом, рядом, а не по краям повиликового поля. Пространство сомкнулось и скрыло жуткий карман с полуразбитым костецом.

Мурчин спустилась, отбросила метлу и испуганно, испытующе смотрела на Раэ. Тот переводил дух, до сих пор окончательно не понимая, что с ним произошло.

Живой?

— Ты… ты продержался до моего прихода! — выкрикнула Мурчин, — я обещала, что… если ты продержишься… я… навсегда затворюсь в монастыре святой Виты, замуруюсь в келье! Света не увижу, ни с кем говорить не буду, принимать только хлеб и воду… о, Фере!

И ведьма скользнула ошалевшему охотнику в объятья.

— Что это? — глухо спросил он, глядя через плечо на странную проплешину среди леса покрытую все той же повиликой, чуждую, но все же имеющую место быть.

— Что? А? — ведьма обернулась, — да не обращай внимания. Фере, Фере, ты цел, да?

— Это же повилика из того места!